Сердце Дитмара учащенно билось, когда он подготавливал коня и вкладывал пику. Он решительно уперся ногами в стремена, отпустил поводья Гавейна и прицелился в приближающегося соперника. Его пика попала точно в…

— Вот это удар! — пробормотал Ханзи своему господину, стоя на краю арены. — Если бы пика была острой, этот парень был бы уже мертв!

Это вполне могло случиться. Для сражений на турнирах на пики надевали толстые кожаные чехлы. Если бы не чехол, пика Дитмара пронзила бы горло соперника. Но удара было достаточно, чтобы сделать юного господина Исидора из Радецеля небоеспособным. Рыцарь никак не мог отдышаться и кашлял, его оруженосцу пришлось помочь ему встать и снять с него шлем, чтобы тому было легче дышать.

Дитмар чувствовал себя неловко. Он соскользнул с лошади и обеспокоенно осведомился о самочувствии противника. Однако тот только отмахнулся. Удар ненадолго лишил его дара речи, у него перехватило дыхание, но серьезных повреждений не было. Поэтому Дитмар снова сиял от счастья, представ перед королем — и своей дамой. К сожалению, на этот раз девушка едва обратила на него внимание. Мавританка как раз вернулась с пожилой женщиной под балдахин, и девушка убеждала ее в чем-то. При этом она выглядела несчастной и сконфуженной. Да и граф, похоже, был чем-то расстроен. А вот принц Людовик восхищенно аплодировал Дитмару и обменялся парой слов с сидящим рядом королем. После этого король удостоил Дитмара благосклонным кивком. В другое время юного рыцаря весь день распирало бы от гордости. Однако сейчас он видел перед собой лишь девушку, которая, похоже, не заметила, что он победил. Дитмар выглядел угнетенным, когда прискакал в конюшню.

— Она увидит тебя еще раз, позже! — засмеялся Рюдигер, увидев кислое выражение лица племянника. — Черт побери, таким, мчащимся, как сегодня, по арене, она будет видеть тебя, вероятно, вплоть до последнего тура! Я больше не имею ничего против девчонки, Дитмар. Что касается силы твоего удара, то, похоже, тут не обошлось без магии, она явно обладает какими-то магическими свойствами.

До полудня еще десять пар молодых рыцарей сразились между собой. Рюдигер наблюдал за происходящим с интересом, оценивая боевую мощь будущих соперников. Дитмар же, напротив, не спускал глаз с балдахина короля в надежде заметить, как один из господ выезжает на арену под знаком девушки из Тулузы. Однако этого так и не произошло. Но вот Рюдигер заметил, что Дитмар устремился к палатке, в которой в полдень предлагали напитки, поскольку дама его сердца скрылась там со свитой короля. Через некоторое время он вернулся, очевидно, не добившись успеха, и поплелся к конному рынку, который располагался неподалеку.

Рюдигер и Ханзи отправились в палатку, чтобы выпить по кубку пива. У пивной они встретили Авраама из Кронаха.

— Почтенный господин Абу Хамед из Мохакара! — поприветствовал его Рюдигер поклоном. — Неужели вы, благородный язычник, выедете на арену со своим изогнутым клинком? Вы посеете страх и ужас среди христианских рыцарей!

Это была шутка, но ее целью не было обидеть собеседника — Рюдигер сражался вместе с Авраамом, он знал, что тот прекрасно владеет мечом. Однако Авраам не стал отвечать на насмешку, он выглядел встревоженным.

— Оставь эту чепуху, Рюдигер, — неохотно произнес он. — Хвала Веч… э-э… Аллаху, я наконец-то нашел тебя! Куда запропастился твой юный наследник Лауэнштайна?

Рюдигер пожал плечами.

— Дитмар бродит где-то сам по себе, — улыбнулся он. — А что случилось, Абу?

— Другой обитатель Лауэнштайна, этот Роланд Орнемюнде, где-то здесь, — заявил Авраам. — И он не просто гость, он собирается сражаться. Сегодня после обеда он в первый раз выедет на арену, а боеспособность его противника не стоит упоминания, так говорили глашатаи.