Но остается вопрос, кто же тогда приехал в лимузине. Вероятный ответ, в особенности с учетом наличия здесь Мурзина, заключался в том, что машиной воспользовался какой‑нибудь российский государственный деятель или группа деятелей, близких по степени влияния к президенту. В данный момент одного отдельного человека, который мог бы поспорить с Гитиновым по части властных полномочий, попросту не существовало. Зато был триумвират, назвать который без запинки мог каждый: мэр Москвы Николай Немов, министр обороны Российской Федерации маршал Игорь Головкин и Святейший Патриарх Григорий II. А если они здесь, да еще Гитинов приедет…

Дверь открылась, и вошел Мурзин в сопровождении своих молодцов.

– Вы Юрий Коваленко из МВД, – спокойно проговорил Мурзин.

– Совершенно верно.

– И сегодня должны были вернуться в Москву.

– Да.

– Но не вернулись.

– Нет.

– Почему?

– Я сопровождаю господина Мартена. Его сестра обручена с Александром Кабрерой. Он попросил меня остаться с ним. И с моей стороны было бы невежливо отказать ему в этой просьбе.

Мурзин изучающе смотрел на него.

– Для вас было бы разумнее следовать приказам. – Мурзин оглянулся на сопровождавших его парней. Один из них открыл дверь, и полковник вновь перевел взгляд на Коваленко: – Прошу вас следовать за нами.

92

18.50

Николас Мартен буквально на шаг отставал от своего провожатого. За углом начинался коридор, который вел прямиком к деревянной двери, покрытой затейливой резьбой. Пол коридора был устлан ковром, а каменные стены словно омыты светом ламп, установленных в потолке в углублениях. Впрочем, Николасу было не до красот интерьера: его не покидало такое чувство, будто он по собственной воле идет в какую‑то средневековую темницу. Он искренне жалел, что сейчас рядом нет Коваленко. Одновременно не давали покоя мысли о том, где тот сейчас может находиться и почему не вернулся.

Предоставленный хозяевами смокинг, который поначалу казался удобным и хорошо сидел, вдруг стал невыносимо тесен. Мартен потянулся рукою к горлу, чтобы несколько ослабить галстук, как будто это движение могло ему помочь. Не помогло. Лишь выяснилось, что его ладони взмокли, да и весь он покрылся потом.

«Расслабься, – приказал он сам себе. – Расслабься, ведь ты еще ничего не узнал наверняка».

– Вот мы и прибыли, месье. – Лакей постучал в дверь.

– Oui, – прозвучало изнутри.

– Месье Мартен, – сообщил лакей.

Дверь открылась, хотя и не сразу. В проеме собственной персоной предстал Александр Кабрера, облаченный в великолепный черный смокинг и рубашку с оборками на груди. На шее у него красовался бархатный галстук‑бабочка.

– Добро пожаловать, Николас, – гостеприимно улыбнулся он. – Пожалуйста, заходите.

Мартен неторопливо вошел в библиотеку виллы «Энкрацер» с ее кожаной мебелью и стенами, сплошь заставленными книгами. Свежие поленья в мраморном камине только‑только занялись огнем, и комнату наполнил характерный запах дуба. На диване напротив камина в горделивой позе сидела красивая дама, которой было около пятидесяти или чуть больше.