— Остановить запись? — тихо спросил оператор.

— Не надо, — так же тихо ответил Медведев. Стеван Бороевич разлил сливовицу по стопкам:

— Вечна спомен!

Две другие стопки исчезли из кадра. Бороевич выпил и тут же налил себе снова.

— Стево! — сказала Милене. Бороевич вылил сливовицу в рот. Дернулся кадык под худо выбритым подбородком.

— Вот так, — сказал Бороевич, — вот так… Вы ничего не понимаете. Вы думаете — я из-за денег? Насрать мне на эти деньги!

— Мы понимаем, Стево, — сказал Медведев. Бороевич ухмыльнулся:

— Ладно. Ладно, вам не нужны сопли. Вам нужны факты. Я видел, как подъехали ваши. Конечно, я не знал еще, что это ваши. Они приехали на синей машине… с флагом белым. А на капоте у них было написано большими буквами TV. Они подъехали к развилке и притормозили как бы. Как бы они думали: куда им поехать? Направо или прямо? И поехали прямо. Если бы они поехали направо… Если бы они поехали направо, все было бы хорошо. Но они поехали прямо. И этот гад сразу дал очередь.

— Вы хотите сказать, Стево, что человек со шрамом обстрелял автомобиль?

— Да.

— Он прицельно стрелял по автомобилю с белым флагом и буквами TV на капоте?

— Да, у него автомат со снайперским прицелом.

— До того, как был открыт прицельный огонь по автомобилю, не пытались ли его остановить другим способом? Например, жестами или предупредительным выстрелом?

— Зачем? — пожал плечами Бороевич. — Зачем им это? Они все равно хотели их убить.

— Откуда вам известно? — быстро спросил Медведев. — Вы слышали разговор, в котором сотрудники милиции говорили об убийстве?

Бороевич усмехнулся и сказал:

— Я это понял. Это невозможно объяснить, но я это понял… Потом.

— Сколько выстрелов произвел стрелок?

— Не знаю… Пять… или десять… или больше.

— Он попал в автомобиль?

— Попал. Машина сразу вильнула. Я даже подумал, что сейчас она свалится в кювет. Но она не свалилась, она выправилась и поехала дальше. И проехала метров сто, пока не остановилась… И флаг белый повис… А потом… потом…

— Что было потом, Стеван?

— Они все подбежали к машине. Первый — Ранко. Да, первый был Ранко. И я тоже побежал туда. Я хотел посмотреть на хорватских шпионов… Я был дурак.

Бороевич замолчал. Спустя несколько секунд Медведев мягко спросил:

— А что было дальше, Стеван? — Бороевич пожал плечами:

— Они их убили.

— Расскажите подробно, Стеван. Это очень важно.

— Ранко подошел к машине и заорал: «Попались, бараны!…» У Ранко все бараны… Он подошел и заорал: «Попались, бараны! Предъявите документы. Выходите из машины…» А они уже не могли выйти, они оба были ранены. И Виктор Ножкин сказал: «Мы журналисты».

— Минутку, Стеван. Почему вы считаете, что это был Виктор Ножкин?

— Позже я видел в газетах их фотографии — узнал… Ножкин был ранен в ногу. В левую. Он сказал: «Мы журналисты. Из Москвы. Мы ваши братья…» А Ранко сказал: «Ты хорватский шпион. Документы!» Виктор подал ему документы. Свои и Геннадия. Ранко взял их и заглянул в паспорта… А потом оскалился и сказал: «Ну, конечно…» И опустил документы в карман. Потом заорал: «Это хорватские шпионы. Стреляйте в них!…» И выстрелил.