Изменить размер шрифта - +
Каррен припарковалась со свойственной ей аккуратностью. Маленький спортивный «БМВ» застыл параллельно линиям разметки, как будто она сначала остановилась, а уже потом уговорила Большого Уолтера, нашего разнорабочего, провести на асфальте линии (надо сказать, что при ее обаянии и напористости такое вполне возможно). Я не менее ловко загнал машину в оставшееся пространство и взглянул на часы в приборной панели. Двенадцать минут девятого.

Гм.

Я записал время в айфон. Стоит заметить, что не такой уж я педант. И время записываю только для того, чтобы развить в себе полезную привычку и выработать определенный тип поведения, что позже сможет пригодиться в более важных делах. Кроме того, Каррен приходит на работу раньше меня уже третий понедельник подряд и, без сомнения, решила, будто это что-то доказывает или же дает ей какое-то преимущество в забеге на дальнюю дистанцию. Откуда ей знать, что я уже побывал на деловом завтраке на Сант-Армандс Серкл: кофе, французские тосты и двадцать пять минут легкомысленной болтовни с личностью, которая в итоге поможет мне заработать кучу денег. Каррен также невдомек, что пока я ехал из дома в Сарасоте, успел прослушать скопившиеся за выходные объявления из Интернета, касающиеся развития предприятий и продвижения брендов (закачанные из Сети на айфон, а затем озвученные могучей акустической системой, установленной в машине), отправил пять сообщений, набросанных еще дома, отредактированных и отправленных, пока я стоял на светофоре, и обновил свой статус на страницах в LinkedIn, Facebook и HollaBack. Первый червячок достается ранней пташке, но Билл Мур согласен и на вторую порцию, если его червячки при этом окажутся сочнее и больше.

«Ладно, мисс Уайт, забирайте лучшее место на парковке, пока есть возможность. Посмотрим, кто будет смеяться последним».

Я собрался с духом, прежде чем покинуть кондиционированные недра «Лексуса», но жара все равно стиснула меня в душном объятии, словно престарелый банкир — барменшу. За шесть лет жизни во Флориде я так и не привык к тому, что влажность обращает это место в сущий ад и готова навалиться и коварно подмять под себя, едва успеешь продрать глаза. Запирая машину, я взглянул на небо над двухэтажными приземистыми зданиями кондоминиума, окружавшими меня, и с удовлетворением отметил, что вдалеке собираются облака. Рано или поздно — Господи, пусть уже сегодня! — разразится гроза, после которой жизнь сделается более-менее сносной хотя бы на пару дней.

Я дотопал до небольшого строения, где размещалась «Недвижимость на побережье», и заметил, что фотография недавно выставленной на продажу квартиры с двумя спальнями наконец-то вывешена в витрине. Висит криво. Оказавшись в сухом и прохладном помещении, поправил фотографию, прежде чем пройти в контору.

— Доброе утро, — произнес я. Несколько громче, чем требовалось, и с немного рассеянным видом, чтобы всем стало ясно — я не только уже приступил к работе, но и вовсю тружусь.

Мой голос отозвался эхом от дальней стены и вернулся, не вызвав бурной реакции. Отделение «Недвижимости», размещенное на территории «Океанских волн», не большое и не роскошное. Всего лишь маленький филиал компании, шикарные офисы которой расположены в торговом комплексе «Океанский вид», а еще в Сарасоте, Брадентоне и Тампе. Мой офис занимается главным образом перепродажей квартир на территории самих «Океанских волн», хотя как раз сейчас я пытаюсь изменить существующее положение.

Комната, в которой мы работаем, прямоугольная, примерно шесть на восемь ярдов, правда, сам я лично не измерял, и в ней достаточно места для трех письменных столов: моего, Каррен — она уже здесь, шлепает по клавишам — и еще Джанин, помощницы, которая занимается второстепенными, но крайне необходимыми делами: подтверждает запланированные встречи, совершенно не понимает, чего хочет от нее компьютер, и развешивает в витрине фотографии, всегда криво.

Быстрый переход
Мы в Instagram