— Вы замечали кого-нибудь у машины мисс Салли — в любое время, прежде чем она сгорела?

— Нет.

— В доме бывали ссоры?

— Ссоры?

— Да, кто-нибудь на кого-нибудь сердился?

— Мисс Бест, она сердитая.

— На кого?

— Нет, я хочу сказать, что она сердитая. Такая уж она. Она часто сердится. — Что ж, мистер Кроутер просил её говорить правду. — И мистер Дамиан, он часто наглый. Очень наглый.

— Но ссор не было.

— Не было.

— За то время, что вы служите здесь, в этом доме, вы видели что-нибудь… нехорошее? Что-нибудь неправильное?

— Мистер Хардкасл ворует вино мистера Кроутера, — она сказала это так, будто это — самое обычное и нормальное дело, как, возможно, оно и было.

— И как он это делает? — Даффи был слегка разочарован, что не он один сделал это открытие.

— О, он ждёт, пока все уйдут, потом заходит и берёт его из погреба.

Какова уловка, подумал Даффи. Характерное отличие опытного преступника.

— Вы имеете в виду, весь ящик?

— Иногда. Иногда только несколько бутылок. Зависит от того, много ещё осталось у мистера и миссис Хардкасл, или нет.

— А они с вами об этом говорили?

— Да, они спрашивали, не хочу ли я бутылочку. Но я не пью.

— А ещё что-нибудь они говорили?

— Говорили, что это старый британский обычай для слуг в больших домах.

— И вы никому об этом не рассказывали?

— Кто я такая, чтобы судить о старых британских обычаях? — сказала миссис Колин и улыбнулась одной из тех улыбок, что годятся для любого случая жизни.

— А если говорить о британских обычаях поновее?

— О каких это?

— Ну, например, посмотрите, кто у меня в кровати.

— А кто у вас в кровати? — миссис Колин встревожилась, как если бы вдруг обнаружилось, что уборка в комнатах для гостей по её вине оставляет желать лучшего. В то же самое время она подумала, что, может быть, этот довольно милый…

— Нет, я имею в виду, вы же приносите утром поднос с завтраком, заправляете постели, открываете окна. Может быть, вы… кое-что замечаете?

Трусики с монограммой, например, дамское бельё с предательски выдающими чужие тайны саламандрами и болтливыми фениксами.

— Вы про то, что мистер Дамиан называет ёпси-ёпси?

Миссис Колин было невдомёк, что мистер Дамиан использует это выражение, только когда уверен, что она его слышит, и что для повседневного обихода у него есть дюжины других.

— Да, то, что мистер Дамиан называет ёпси-ёпси, оно самое.

Выяснилось, что Салли, по всей видимости, была чемпионом дома по ёпси-ёпси; Даффи, не забывший виденное им однажды ночью в бильярдной, не особенно этому удивился. Дамиан тоже любил ёпси-ёпси, хотя миссис Колин удивляло, почему он частенько предпочитал засиживаться допоздна, болтая о ёпси-ёпси, вместо того, чтобы на самом деле заниматься ёпси-ёпси. Лукреции нравилось время от времени иметь ёпси-ёпси, хотя не в таком количестве, как Салли. Таффи несколько раз просил миссис Колин о ёпси-ёпси; при этом он бывал очень вежлив и не настаивал, когда она отказалась.

— Джимми?

Миссис Колин хихикнула.

— Ему нравится ёпси-ёпси с девушками из журналов, — сказала она, вспомнив случай, когда однажды зашла в его комнату поменять воду в вазе с цветами. Она подумала, что Даффи вряд ли нужно знать подробности того, что она там увидела.

— Мисс Анжела?

— Мисс Анжела выходит замуж.