— Чо ему тут надо? — выждав еще с минуту молчания, подполз к Семену Серега.

— В общем так, — ответил Сема, — вы с Костей топаете дальше по протоке. Прыгайте, вопите, зовите наших на том берегу. Пусть помогут вам переправиться. И сразу сплавляйтесь на плотах дальше, до первого населенного пункта. Ведите сюда милицию. А я пока пойду назад за грибником.

— Ни фига, — ответил Лыка.

— Что «ни фига»?

— Ни фига я никуда не пойду. Костян пусть идет, он еще маловат, а я останусь.

— И я не пойду, — заявил слышавший весь разговор Костя.

— Что значит не пойдете? — зашипел Сема, кричать он не мог из предосторожности.

— А то и значит, что не пойдем, — расхрабрился Лыка.

Семен свободной от пистолета рукой попытался врезать ему подзатыльник, но Лыка легко увернулся, пригнув голову, и ловко откатился в сторону. Семен зло запыхтел, бросая свирепые взгляды то на одного, то на другого.

— Уволю из клуба, — выпалил он наконец. Лыка, фыркнув от смеха, уткнулся лицом в траву, а Костя напомнил Семе:

— Ты ему это уже обещал.

— И тебя выгоню, — прошипел Семен. Затем он тут же развернулся на живот, спиной к ребятам, и, сделав призывный жест рукой, шепотом скомандовал:

— За мной, только тихо.

Семен быстро по-пластунски вполз в осоку, растущую в прибрежных водах протоки, и, как толстый, но короткий пятнистый питон, пополз к противоположному берегу.

На свободной от осоки части русла вода доставала Семену чуть выше пояса, Косте — по грудь; Лыков был выше Кости, но ниже Семы. Пригибаясь, прошли по этому месту к самой воде. На противоположном берегу затаились под самым обрывчиком, прислушивались с полминуты. Потом Сема скомандовал двигаться дальше. Пистолет за ремень он больше не засовывал, а раз достав его при встрече с грибником, держал уже все время в руке.

Грибник двигался очень быстро, видно, привык ходить по лесу. Даже в такой еловой чаще он почти не шумел. Раза два или три только где-то в отдалении раздался приглушенный треск ломаемых сучьев, и с каждым разом все дальше. Преследователи тоже старались не шуметь, но получалось у них это гораздо хуже. В конце концов Сема остановился и, подозвав ребят к себе, прошептал:

— Пойдем по протоке, иначе он от нас уйдет. Ничего не поделаешь. Если заметит нас, постараюсь его схватить.

Они снова спустились к протоке и зачавкали мокрыми кроссовками по прибрежной осоке. Через каждые шагов тридцать Семен кидался к обрывчику и затаивался под ним, прислушиваясь. Теперь они двигались гораздо быстрее. Время летело в погоне, и расстояние до Чертова угла стремительно сокращалось. Неожиданно для себя они увидели впереди мостом перекинутую через протоку недобро знакомую ель.

Семен снова затаился под обрывом за ивовым кустом. Ребята последовали за ним, и вовремя. На колючем мосту появился грибник.

Он быстро, балансируя расставленными руками, в одной из которых сжимал палку, прошел до середины поваленного ствола и остановился над незаросшей водой протоки. Он долго вглядывался в ее темную поверхность, стараясь там что-то разглядеть, кроме своего отражения. Потом долго осматривался вокруг, задержав внимание на зарослях противоположного берега, и, лишь убедившись в отсутствии опасности, двинулся по стволу дальше.

Когда грибник скрылся под еловыми лапами, Серега рванулся из укрытия вперед, но Семен удержал его за плечо и приложил палец к сомкнутым губам.