По дороге он считал их вслух: «Седьмая, восьмая, девятая… двенадцатая…» На тридцать седьмой он упал, но снова вынырнул и сумел подняться на ноги. Больше вешек впереди не было. Он вышел из трясины.

«Господи, — взмолился Серега, шатаясь выходя из болота на сушу мертвого острова, — не дай мне подохнуть здесь с голоду».

Сделав еще несколько шагов, он рухнул на землю и лежал так некоторое время с закрытыми глазами. Когда он их открыл, то увидел на расстоянии вытянутой руки от своего носа круглую буханку черного хлеба.

Глава XVI ДРУГИМ ПУТЕМ

— Выстрел! — вскинулся Женька. — Ты слышал? Выстрел. Он подбежал к Семе и заглядывал ему в глаза.

— Слышал, слышал, — успокоительно проговорил Семен, хотя у самого все внутри перевернулось при этом звуке.

— Это Лыка? Ты ему пистолет оставил?

— Они там с Костей.

— Что-то случилось, — по-прежнему волновался Женька. — На них напали эти двое.

Семен и сам боялся того же, но он не мог допустить паники.

— Вряд ли, — лениво ответил Семен, — стрельбы маловато.

— Тогда знаешь это кто? Это Абрам Петрович, — убежденно сказал Женька.

— Может, и он, — спокойно согласился Сема, — мне Лыка про него рассказывал.

— Пошли скорее назад, пойдем по вешкам.

— Нет, — решительно сказал Семен, — мы пойдем по другому пути и выйдем из болота с другой стороны.

Женька был явно не согласен, но не стал спорить. Он молча вернулся во главу маленькой колонны. Вскоре Семен тоже выбежал немного вперед и пошел рядом сбоку, все время оглядываясь.

Через сотню шагов Женька остановился.

— Теперь куда? — спросил он. Впереди, насколько было видно в тумане, простиралось болото, но не такое, как то, по которому они пришли на остров, или, как оказалось, полуостров, а все в кочках, заросшее травой и кое-где невысокими живыми деревьями.

— Сейчас, — Семен пошел вперед разведать дорогу, — за этим получше приглядывайте.

Он скрылся в тумане и вернулся минуты через три.

— Немного правее пойдем, — сказал Семен, — там деревьев больше, и трава под ногами не так ходит. Да и логичнее, чем дальше от берега той топи пойдем, тем должно быть суше. Пошли, — Сема махнул рукой, указывая путь. Женька сделал пару шагов в этом направлении, но следующий за ним Папа Хорь оставался на месте.

— Иди, давай, — толкнул его в спину дулом двустволки Леха.

Хорь повалился на колени и мыча замотал головой.

— Чо это он? — озадаченно спросил Леха, переводя взгляд то на бунтующего Хоря, то на остановившегося Семена.

— Сказать что-то хочет, — догадался Семен и, подойдя к стоящему на коленях, выдернул кляп у него изо рта.

— Не надо туда, не надо, — сразу же выпалил Папа Хорь, едва получив возможность свободно ворочать языком.

— Это почему? — наклонился к его лицу Семен.

— Там окна.

— Какие еще окна?

— Болотные. Идешь, идешь и все вроде ничего. А потом ступишь на кочку и раз — ты уже в трясине. И выбраться оттуда невозможно. Там у нас уже один мужик утонул, и мы все потопнем.

— А может, ты врешь, — недоверчиво глядя на Хоря, с большой долей сомнения в голосе произнес Сема. — Может, ты нас хочешь как раз в трясину завести. Или на мины.