Он тщательно затолкал связанному обратно в рот кепочку, хоть тот и мычал. А потом, уверенно махнув в прежнем направлении, громко скомандовал:

— Пойдем правее.

Папа Хорь бросился ничком на землю, замычал, засучил ногами. Каким-то образом сам выплюнул кляп.

— Утопнем, мужики, все утопнем, — испуганно повторял он.

— Чем докажешь, что не врешь? — Семен был неумолим.

— А давай его первым пустим, — в унисон предложил Леха.

— Все расскажу, — не выдержал Папа Хорь, — мужики, все расскажу, что знаю про сволочей этих. Мне они тоже поперек горла, особенно Витек.

— Ну рассказывай, — Семен опустился на корточки, — только не долго, рассиживать нам тут некогда. А ты, Лех, за туманом приглядывай, как бы оттуда кто-нибудь не выскочил.

— Не выскочат, — заверил всех Папа Хорь, — я их знаю, они только засаду устроить могут или ловушку на протоке, в которую ребята попались. Я их тоже ненавижу, — последнюю фразу Папа Хорь произнес как бы с особенной искренностью. — Я-то сам родом отсюда, а они не местные. Появились в наших краях в прошлом году. Не просто так, мужики, а с определенной целью. Они черные следопыты. А если уж точнее говорить, попросту мародеры. Ходят они по местам боев с фашистскими захватчиками и раскапывают там все. И могилы, и не могилы. Все для того, чтобы поживиться. И зубами золотыми не брезгуют. А уж если орден найдут, лучше немецкий, так это большая радость. Только не часто они попадаются, ордена-то. Их у иного ветерана купить легче, чем в земле найти. И оружие они откапывают тоже, даже ржавое. Вот это уже товар.

— Да я видел у Витька-то «шмайсер», как новенький, без единой царапины, — перебил говорившего Леха.

— А это все из блиндажа, — пояснил Хорь. — Блиндаж-то не простой. Немцы, они ведь все основательно делали. Они позиции и в тылу у себя готовили на захваченных уже землях, чтобы отходить куда в случае чего было, и также оставляли такие блиндажи для того, чтобы потом вернуться или диверсантов забросить. Все в таком блиндаже у них предусмотрено было — и еда, и форма, и оружие, и рация. Все новенькое, упакованное, оружие промасленное. Консервировали как надо. Такой блиндаж найти для черного следопыта большая удача, это ж на черном рынке большие деньги. Особенно если пихнуть все это добро за границу, хотя бы в ту же Германию. Вот они и стерегут этот блиндаж, тем же оружием, что в нем нашли. Там наверняка полный боезапас был. А в наше-то время оружие и у нас в стране ой-йо-йой как стоит.

— Тогда чего же они его не вывезли и не продали уже? — спросил Сема, которому многое становилось уже понятным после рассказа Хоря.

— А это точно не знаю. Меня они в свои планы не посвящали. Я им продукты из Чудьева или Кусолмы носил да дороги в Чертовом углу показывал. Платили они мне, вот я и помогал. Проводник, в общем.

— И шпион, — добавил Женька.

— И вор еще, — поддакнул Сема, — карту и компас стырил. Кстати, где они?

— У Витька, — виновато глядя в сторону, буркнул Хорь.

— Он главный? — спросил опять Сема.

— Витек-то? Да какой он главный, они оба не главные. Главный тут Макс. Максим то есть. Он здесь еще раньше них появился и дружбу с Лешим водил. Тогда он еще был военным, Макс-то — не то майор, не то капитан, не помню. Потом-то его из армии выперли за что-то или сам ушел от безденежья. Он у них всем и заправляет. Витек-то, тот с ним служил когда-то. А про Мессера я вообще ничего не знаю.