— Что приволок, сталкер?

Гончар вывалил на прилавок все не нужное трофейное оружие и патроны шестнадцатого калибра. Прикинув на старинных дедовских счетах, торговец огласил результат.

— Тысяча семьсот двадцать.

— Полторы тысячи на карточку, две бутылки водки и бинт, — распорядился выручкой Гончар.

— Все берут водку, и никто не берет закуску. У вас там, что заветная ириска у костра лежит, которой вы спиртное закусываете? Работа нужна, сталкер?

— Тебе спокойная жизнь не надоела, дядя?

Торговец подобрался.

— Ты не иначе, как «радугу» где-то видел? Или «алмазный колобок» притащил?

— Хуже. Определяйся, дядя, ты в доле или нет?

— Я торговец. Зачем бы я здесь сидел, если бы я не хотел заработать?

На прилавок с тихим шорохом лег пятидесятиграммовый пакетик.

— Это образец. Вся партия десять килограммов. Еще сто девяносто девять пакетиков. Один в один. Деньги пополам.

— Это то, что я думаю?

— Я не слепой пес, мысли не читаю. Но это «черный ангел». Епископ говорил концентрат.

Торговец говорил долго, непечатно и минуты три не повторялся.

— Епископ и его подельник Кабан здесь. Не тебя ли ждут? — перейдя от ругани к содержательной речи, донес информацию до партнера торговец.

— Не должны. Я свой груз тихо взял и случайно. Никто не знает, что он у меня. Кроме тебя, дядя. А ты меня знаешь, помирать буду, а товар бесплатно не отдам.

Торговец согласно моргнул. Смерть — это не повод остаться без прибыли. Это знает каждый торговец.

— Берусь я за это дело, но оно за одну минуту не решиться. Устраивайся надолго в свободном подвале.

Торговец не хотя выложил три аптечки, тушенку и водку.

— Ты мне нужен живой и здоровый. Береги себя, сталкер.

Обалдевший от такого широкого жеста Гончар сгреб все с прилавка и, буркнув на прощание спасибо, пошел занимать свободный подвал. Сколько ему предстояло болтаться на кордоне, не знал ни христианский Иисус, ни Аллах правоверных, ни Будда далекого востока. Он сделал свой выбор, он встал на дорогу, ведущую к богатству и славе. Или хотя бы просто к богатству.

Выйдя от торговца, он ушел с главной улицы кордона во двор и, обойдя дом, из-за угла посмотрел на компанию у костра. Из четверых он знал только одного. Звали того, кажется, Геолог. Они пересекались месяца полтора тому назад где-то на Свалке. Трое остальных были явными новичками. Новичок в Зоне — это подарок судьбы. Опытный сталкер может с ним сделать все, что захочет. Среди одиночек сволочей на вроде Вампира было не много, с пол десятка. У тех новички долго не жили. Неделю, другую. Доходя до брошенных поселков на армейских складах, они запускали своих новичков как живые ходячие отмычки, и пока слепые псы и кровососы отвлекались на свежую добычу, Вампир, Упырь и им подобные хватали артефакты и давали деру. Каждая «золотая рыбка», добытая Упырем, была щедро полита чужой кровью. За Геологом, кажется, такого не водилось. Может быть он просто, почувствовав усталость, решил воспитать молодых, чтобы те ходили по Зоне, а он, сидя в уюте бара «Сто рентген», рисовал им схемы маршрутов. Иногда о чем-то подобном задумывался и сам Гончар.