— Бегом! — страшным голосом закричал подполковник.

Примерно так он поднимал своих бойцов под Гератом в прорыв через пулеметный огонь. Студент, схватив на бегу винтовку, рванул вверх по лестнице. Плакса бежал рядом с ним, грозно рыча. Вся группа, не оглядываясь, со всех ног бежала к открытым дверям первого этажа. Мерзкое царапанье приближалось сзади, но никто не тратил время на то, чтобы оглянуться. Выскочив во двор комплекса, группа почувствовала, что обрела второе дыхание и, обегая штабеля плит, вылетела из ворот со скоростью, близкой к олимпийским рекордам. Учитывая, что спортсмены бегают налегке, то, пожалуй, и превосходящей их. Добежав до берега озера, подполковник резко развернулся и дал юнкеру по шее. Плакса спрятался за Фунтика и закрыл голову передними лапами, демонстрируя, что он маленький, шеи у него нет и бить его нельзя. И вообще он такой хороший-хороший, пушистый-пушистый.

— Васильев, ты же не хохол. Будь у тебя фамилия Забейнога, была бы понятна твоя патологическая жадность. Юнкер, Вам знакомо слово патологический? Как у нас с общим уровнем образования в гражданских институтах?

Паше было и стыдно и больно. Вдобавок богатое воображение легко нарисовало ему картину, в которой на лестнице лежат два дочиста обглоданных скелета, а рядом с чужой штурмовой винтовкой лежит его славный «Абакан».

— Я больше не буду, — сказал он и жалобно хлюпнул носом.

Плакса отодвинул одну лапу и, подглядывая из-под нее сверкающим глазом, посмотрел, не надо ли еще что-нибудь перекусить, чтобы от его товарища, наконец, отстали.

— Ну, детский сад какой-то, — подвел итог Фунтик. — Однако семь артефактов, рюкзачок и довольно неплохая винтовка. И точно установили, крыски там. Никуда не делись. Добыли важные сведения.

Найденов посмотрел на Фунтика так, что тот понял, друг Леха нацелился дать по шее и ему.

— Леха, ты пойми, за одним артефактом лезешь, со смертью играешь. Он ведь просто так на чистом месте не лежит. Всегда рядом или «карусель» или «трамплин» или «жарка» или все вместе. Такая у нас у сталкеров судьба. Люди получают деньги за работу или за риск. Мы в основном за риск. Да и ты ведь тоже.

Немного подумав, Найденов нашел, что возразить приятелю.

— За обдуманный и обоснованный риск. Запомни это.

— И даже другим расскажу, — заверил его Фунтик, догадавшийся, что инцидент исчерпан. — Надо было успеть по второму этажу пробежаться. Еще бы два-три артефакта найти. Вот мы молодцы бы были.

Пашу затрясло крупной дрожью и из глаз его потекли слезы. Плакса кинулся к нему и прижался головой к его коленям.

— Фунтик, у тебя водка есть?

Сталкер отрицательно помотал головой.

— Аптечка какая?

— Стандартная армейская, — ответил лидер северо-западного комплекса.

— Доставай.

Вколов Павлу успокоительное, старшие под руки повели его домой. Трофейную винтовку он так и нес в руке, потому что пальцы не разжимались. Плакса бегал кругами, выглядывая из кустов то слева, то справа. Он знал, что голос далекого пса может рассказать обо всем маме и тогда трепки не миновать. Но просить сохранить это в тайне мешало два обстоятельства. Плакса не умел просить и на знал, что такое тайна.

За время их отсутствия серьезных изменений на заправке не произошло. Группа дядьки Семена подгоняла снаряжение перед коротким, но ответственным ночным переходом. Первый и Второй под надзором Крепыша мели двор и сбрасывали весь мусор в «жарку», притаившуюся у дальней проходной.