|
Я заявила Раулю, что эта поза пропагандирует половую дискриминацию, потому что подразумевает, что женщины беспомощны без крепкого мужского плеча. Честно говоря, я произнесла свою тираду в большей степени из-за того, что, обнимая Брендона, вспомнила, как мне понравилось с ним целоваться, и захотела поцеловать его снова. Впрочем, целоваться с ним все-таки не стоило, учитывая, что Брендон злился после истории с Габриелем, а мое сердце принадлежало совершенно другому человеку. Рауль, естественно, пропустил замечание мимо ушей, а Ребекка отвела меня в сторону и поинтересовалась, хорошо ли я себя чувствую. «Раньше ты прекрасно понимала, что не стоит критиковать мнение арт-директора», — напомнила она. Я ответила Ребекке, что средства массовой информации навесили на женщину ярлык инфантильного существа, и спросила, как может она им в этом помогать.
Ребекка внимательно на меня посмотрела и произнесла: — Тебе после удара головой чего-нибудь прописали? Если да, то надо срочно увеличить дозировку. В какой-то степени я ее понимала. Если я буду выпендриваться, они просто наймут другую модель. И все-таки было ужасно стыдно прижиматься грудью к Брендону. И что самое страшное — ни он, ни я не возражали. Более того, Брендон уже не так бесился по поводу той злосчастной поездки на скутере. Стоило в процессе съемок полчаса поприжиматься грудью к его спине, как он, растаяв, прошептал: — Что сегодня делаешь? Вопрос застал меня врасплох, и я выпалила: — Кто? Я? — Нет, — язвительным тоном ответил Брендон. — Я у Пита спрашиваю. Конечно, ты! — Не знаю пока. Наверное, домой поеду. А что? — Круто, — сказал Брендон. — Я, наверное, заскочу к тебе. И тут я почувствовала, что краснею. Конечно, я в таких делах полный чайник, но даже мне было ясно, что означала фраза «заскочу к тебе». По крайней мере, я догадывалась об истинном смысле его слов, учитывая, где находилась моя грудь в тот момент. Более того, не стоило особого труда предположить, где именно она могла оказаться в ближайшем будущем. Причем, зная характер Никки и то, как она реагирует на поцелуи парней, я уже знала, что сильно возмущаться не стану. Ей очень подходило определение «похотливая», так часто употреблявшееся в любовных романах Фриды, которые (признаю) мне, в принципе, нравилось читать. Никки тут же становилась похотливой, стоило какому-нибудь парню начать с ней лизаться. То есть теперь уже со мной. А как же Кристофер? Несмотря на всю мою влюбленность, я ни разу не пыталась приблизиться к нему на расстояние поцелуя… Господи, как же все это сложно! Я попыталась изобрести какую-нибудь отговорку, чтобы Брендон не приезжал в пентхаус. В итоге мне пришла в голову блестящая идея. — Я сегодня пораньше лягу. Завтра школа. Брендон, видимо, скорчил в ответ такую гримасу, что фотограф Гвен даже попросил его по возможности изменить выражение лица. — Школа? Ты серьезно? — Серьезно. Трайбекская экспериментальная школа. Мой первый учебный день. Надо выспаться, чтобы завтра хорошо выглядеть. И вообще, после того несчастного случая… — Я думал, школа — это только рекламный трюк, — изумился Брендон. Я возмущенно отодвинулась от него: — Рекламный трюк? Кто тебе такое сказал? — Никки, — взмолился Гвен. — Пожалуйста, вернись на место! Питу надо только свет поправить. — Так все говорят, — ответил Брендон. — Без образования невозможно стать личностью. Рекламные трюки здесь ни при чем. Я хочу закончить школу, чтобы поступить в колледж, — заявила я. А заодно увериться, что с моим лучшим другом, в которого я влюблена, все в порядке и что он не подружился с кем-нибудь еще. |
