Роберт Старк проявлял признаки нетерпения, тогда как его сын откровенно скучал.

Я собиралась подойти к Роберту Старку, чтобы представиться и спросить, можем ли мы после съемок побеседовать наедине. Возможно, в ходе разговора мистер Старк поймет, что я собой представляю, и отменит штраф в два миллиона долларов, который грозит моим родителям, если я откажусь исполнять обязанности Никки Ховард. А может быть, даже признается, зачем шпионит за ее компьютером. Но не успела я и шагу ступить в направлении Роберта Старка, как кто-то сжал меня в крепком объятии.

— Ну наконец-то! — загремел низкий женский голос. — Сто лет тебя не видела! Хотела навестить тебя в больнице, так туда, кроме близких родственников, никого не пускали. Идиотизм! Я им: «Я ее агент, я и есть семья!» — а они ни в какую. Ну да черт с ними. Дай-ка я на тебя посмотрю.

Она отодвинула меня на расстояние вытянутой руки, и я увидела перед собой очень худую темноволосую женщину средних лет в кремовом комплекте из пиджака и юбки. Она внимательно меня осмотрела с головы до ног и вынесла свой вердикт:

— Прекрасна, как всегда. Верх совершенства. Ох, да ты ведь меня совсем не помнишь, верно? Вот ударилась так ударилась.

Я лихорадочно соображала, глядя, как позади нее Роберт Старк возмущенно кому-то выговаривал, что запонки на его рубашке до сих пор не застегнуты.

— Вы Ребекка, мой агент?

— Верно, так и есть! — Она снова обняла меня. Ребекка Лоуэлл! — Слава богу, ты поправилась! Прямо не знаю, что бы я без тебя делала!

— Понеслась бы обратно к тем фургончикам в Озаркс. Может, еще кого откопала бы в том болоте, — сухо проговорил мужчина с тонкими усиками, одетый в кожаные штаны.

— Прекрати, — осадила его Ребекка. Мне же она сказала: — Наверняка на тебя столько всего навалилось. Не переживай, ты такая талантливая, что очень быстро войдешь в колею. Кстати, о таланте. Как тебе предложение от «Спортс иллюстрейтед»? Представляешь, я как услышала, у меня чуть сердце… короче, я чуть не расплакалась!

— Отойди-ка от юного дарования, Ребекка, — сказал мужчина с усиками. — Раз она здесь, мы можем начинать.

— Ой, прости, пожалуйста, Рауль, — произнесла Ребекка, все еще обнимая меня. — Просто как подумаю, что она была на волосок от смерти…

— Ладно, Бека я ее в обиду не дам.

Мужчина, которого Ребекка назвала Раулем, взял меня под руку и стал рассказывать:

— Никки, мы уже встречались, но ты, как я вижу, меня не помнишь. Не представляю, как переживу эту удручающую новость. Впрочем, ладно. Присядь-ка на краешек стола, а Пит посмотрит, что у нас со светом.

Я послушно уселась на краю огромного стола, удостоверившись, что мое белое прозрачное платье по-прежнему скрывает все то, что ему полагалось. Выяснилось, что скрывает оно довольно слабо.

— Успокойся, — сказал Рауль, тут же заметивший мои попытки подтянуть ткань на грудь. — Мы тебя по-всякому уже миллион раз видели. Так, теперь ложись на живот, согни ноги в коленях и скрести каблуки в воздухе. Локтями упрись в стол, подбородок обхвати руками. Норман, волосы!

Норман быстро поправил прическу, после чего по команде Рауля мне пришлось вывернуться в совершенно невозможную позу. Было неудобно, даже больно.

— Уже лучше. Джентльмены, прошу занять места.

Я не видела, что происходило сзади, потому что отчаянно старалась удержать позу, несмотря на боль.