— Ага, — поддержал его Генка. — И желательно в самый дорогой. Представляю, какие там фемины!

— Оба обойдётесь, — обломал я возбудившихся юнцов. — В этом вопросе я полностью согласен с Игнатьичем. И не из-за своего морального облика, а потому, что в казино денег больше. Под утро в них должно много выручки скапливаться. Раз планы меняются, то больше и обсуждать нечего. Пока расходимся.

Парни ушли, а мы с Верой… Точнее, Вера сама быстро состряпала два договора с Берштейнами. Я же лишь делал глубокомысленное лицо, но думал совсем о другом. Первая проблема — как донести до полковника Краснова информацию о поселениях Сущностей. Сложного ничего придумывать не буду. Мол, случайно подслушал в кабаке разговор двух серьёзных бандитов. Надо Витьку напрячь, чтобы он выяснил, кого из этих персонажей недавно завалили.

На свежеубиенного и сошлюсь. Но нужен обязательно мёртвый бандит. Чтобы это выглядело так, будто бы его прирезали из-за знаний о нарколабораториях и деревнях тварей. Солидно и настораживающе такое будет выглядеть для полковника. Может и поверить мне.

Вторая проблема — эти самые казино. Самое богатое из них я уже вычислил по записям Шведа. Осталось выяснить, как в него пробраться и без шума взять деньги. Чпок должен справиться, но он до сих пор дрыхнет. Очень надеюсь, что в ближайшее время приведёт себя в порядок.

Хотя я, кажется, не с той стороны подошёл к проблеме. Зачем мне врываться в казино, пугать дурней, просаживающих свои деньги, и сильно светить нашу группу? По идее, вся выручка из разных игровых заведений дохлого Шведа должна стекаться в одно место. В банк столько «левой» наличности каждый день возить не будут. Есть какая-то тайная комната хранения. Но чтобы выяснить это, опять без Чпока не обойтись.

— Родион! Хоть как-то отреагируй! — перебил мои размышления сердитый голос Веры.

— А? Что? Ты чего-то говорила? Извини, задумался.

— Понятно всё с тобой. Ладно, для задумчивых повторю. Какую сумму вписывать в договор о заёме?

— Оставь пока пустую строку, — после небольшой заминки произнёс я. — Думаю, поедем завтра к Берштейнам вместе. Если сможешь выторговать нам лучшие условия, буду очень благодарен. И не только в моральном плане.

— Хороший стимул. Хотя, честно говоря, и побаиваюсь, — призналась Вера. — Я ещё никогда не вела деловых переговоров.

— Ничего, справишься. В конце концов, я буду рядом.

— Вот прямо успокоил «Великий финансист»!

Но моя помощь и не потребовалась. На следующий день мы приехали к Берштейнам. От обеда отказались, поэтому на столе были лишь чай и пряники. Но и до них дело не дошло. Как-то очень быстро Вера и Рахиль Натановна вступили в жаркую перепалку и начали сыпать цифрами.

Я тихо сидел, не вмешиваясь в эту торговлю, а вот Адам Гедеонович решил, что разбирается во всём лучше всех, и стал влезать со своими не очень умными речами. То он пыжился, как всех продаст, а потом снова купит, то требовал от Веры большего уважения к его сединам.

Так продолжалось до тех пор, пока Рахиль Натановна не посмотрела на муженька очень-преочень любящим взглядом, в котором читались и просьба заткнуться, и ласковый посыл идти по стопам Моисея, но не в поисках Земли Обетованной, а на хер. Берштейн тут же умолк и стал на нервной почве теребить свою жиденькую бородку. Понятно, кто в доме хозяин.

Короче, через два часа мы с Верой выползли на улицу хоть и счастливыми обладателями новых помещений, но выжатыми как лимоны.

— Извини, Родион, — повинилась Вера. — Выторговать лучшие условия не получилось. Удивительно, что хоть эти отстояла. Старуха, несмотря на свой возраст, имеет такую хватку, которой даже наши преподы в университете позавидуют! Но зато я ей смогла намекнуть, что её торговые предприятия в дальнейшем могут пригодиться нам для легализации капитала.