— Не дура, понимаю.

— Э-э-э-э… В моём доме это ругательство вслух не произноси. А то девушка из шкафа может откликнуться. Это её имя.

— Тогда я не идиотка. Так лучше?

— Намного. И ещё. Видишь белку?

— Конечно. Вчера целый день в своём колесе бегала, а сегодня пластом лежит. Надеюсь, хоть эта не померла?

— Чпок живой, просто уставший. И на всякий случай: он тоже не совсем белка. Когда очухается, представлю вас друг другу нормально.

— Родион! У тебя в квартире есть хоть что-то нормальное?

— Конечно! Холодильник. Но он, кажется, опять пустой.

— Выделяй деньги. Забью под завязку.

— Вера! Ты золотце!

— Просто Вера. Родион, я же просила без этих розоватых соплюшечек. Они меня стали выбешивать.

— Договорились. И последнее… Скользкий, но выгодный вопрос. Ты легализовывать деньги из ниоткуда умеешь?

— Как говорит мой преподаватель, — усмехнулась Вера, — хороший бухгалтер должен уметь всё и при этом не попасться. Но ответа нормального тебе пока не дам. Не потому, что не хочу, а до конца не понимаю, насколько хватит моих знаний. Я же пока недоучка без серьёзного опыта.

— Но принципиальное согласие я получил?

— У меня будет свой процент с этого?

— Естественно.

— Тогда да.

Тем же днём мы с Верой съездили к её родителям, где и объявили о переезде. Старшие Матье почти не спорили. Мне показалось, что даже обрадовались, что их дочь не просто съезжает непонятно куда, а будет под моим присмотром. Хотя, если бы они знали всю подоплёку, то такими благодушным не были. Но это уже меня не касается.

Главное, что я, кажется, получил в свою команду важного человека. И пусть Вера, как боевая единица, из себя ничего не представляет, зато она обладает иными навыками — с умом распоряжаться деньгами. В нашей компании подобным никто не владеет.

Глава 9

На следующий день у есаула Кудрявого был выходной, поэтому я собрал всю нашу компанию и представил Веру.

— А я тебя помню! — воскликнул Генка Феклистов. — Из больницы тогда украли. Слушай, а ты сейчас очень даже симпатично выглядишь. Не то, что тогда.

— Спасибо за комплимент и за помощь в спасении, — даже не попытавшись вежливо улыбнуться, произнесла Вера. — Но если решил ко мне подкатить, то сразу говорю: не получится. Так что общаемся исключительно по делу.

— Для этого и позвал, — пояснил я. — Кстати, Вера теперь одна из нас. Доверять ей можно, так как… В общем, у нас с ней есть свои маленькие тайны. Я тут решил разработать новую акцию по ликвидации тварей с последующим обогащением за их счёт. Но, признаться, зашёл в тупик. Есть два наркозаводика и рядом с ними по деревне, полностью состоящих из жителей Преисподней.

— А чего тут думать? — не дослушав меня, высказался есаул. — Деревни спалим, заводики разгромим, а деньги унесём. Правда, маловато нас для этого.

— Маловато, Игнатьич, — согласился я. — Но это не самое неприятное. Денег на заводиках нет. Совсем. Где-то есть отдельная «казна», через которую совершаются расчёты. А брать наркоту, чтобы потом гробить ею людей, я не собираюсь.

— Да никто не собирается, Родя. Но ты меня расстроил. Ещё я перестаю понимать ход твоих мыслей.

— Это ещё не всё, дама и господа. Оба наркозавода как-то связаны с неким предприятием, выпускающим селитру. Тмин… Вернее, «ТМиН» оно называется.

— Товарищество Мозельских и Нигель, — неожиданно быстро расшифровала аббревиатуру Матье.