Василиса задумала, начала ходить из стороны в сторону, и на каждом развороте птица, которая так и не улетела, опасливо взмахивала крыльями. Меня больше удивляло, почему девушка почти не использовала силу. Все еще не уверена в своих заклинаниях или просто боялась?

— Давай пошлем его, — вдруг сказала Вася. — Будет нашими глазами.

— А дальше что? Как мы шлюпку доставим на берег? Думай.

— Ой, ну что ты начинаешь-то⁈ Вплавь!

— Вась, вот иногда ты ведешь себя, как разумная женщина, — я решил слегка приврать, — а иногда дура дурой.

— Ладно-ладно, поняла. Сейчас.

На ее лице аж морщинки прорезались, как она усердно думала.

— А если подняться в воздух, найти шлюпку и подцепить ее воздушным хлыстом? На какое расстояние ты можешь им работать?

— Если постараться, то на метров на пятьсот.

— Ого! Тогда давай попробуем!

Что-то такое я и предполагал, был еще вариант, найти и заставить ее саму доплыть до нас, используя водное заклинание как двигатель.

Я поднялся с песка, сплел воздушную подушку для нас обоих, и вскоре мы взмыли в воздух. Птиц, ощутив давление воздуха, быстренько дал деру, за что ему от меня большая благодарность.

— Вот она! Вот! — взвизгнула Василиса мне на ухо, попутно щелкнув кончиком косы по бедру. — Нашла!

Да, шлюпка болталась среди волн где-то в метрах трехстах от острова. Ее то и дело подбрасывало и все дальше уносило в открытое море.

— Теперь давай, хлыстом ее, цепляй!

Но я сделал иначе, благо запас силы уже был приличным. На подушке мы быстро долетели до шлюпки и аккуратно посадил в нее, а потом активировал водный моторчик.

Через минуту мы уже рассекали море на приличной скорости. Вася, шокированная моими действиями, опасливо вжималась в меня и тихо повизгивала от восторга. Для защиты от брызг я поставил силовое поле, а болтающиеся ростки у плеча, уложил Васе на коленки.

Весь путь до корабля занял у нас где-то двадцать минут, и вот уже мы поднимались на борт.

— Алексей Николаевич! Василиса Михайловна! — Антипкин уже давно приметил нас и помогал подняться. — Как самочувствие? Не пострадали? А я тут к вашему приходу ребрышки запек.

Вася, услышав про еду, застыла как вкопанная, медленно повернулась, бросила долгий взгляд на Григория, а потом… позеленела. Не больше двух минут ей хватило, чтобы порадоваться плаванию без тошноты, и вот она уже бежала в уборную со всех ног.

Я вздохнул. Ничего не меняется. Надеюсь, хоть цветы те самые и помогут нам продолжить путешествие без стенаний Василисы.

Но узнавать про них я буду потом. Сейчас мне нужен продолжительный отдых, чтобы хотя бы до краев восстановить резервы.

Заглянув в себя, я увидел, что черная дрянь все еще плещется на самом донышке. Вот же пакость, привязалась же! Надо спросить у Жу, как от нее избавиться.

Впрочем, и это тоже может подождать. Я на ватных ногах добрел до своей каюты, уперся взглядом в дверь душевой и осел на кровать.

Все потом… все…

Глаза начали закрываться, а уж то, как сильно я приложился о деревянный край подголовника, мне с утра расскажет головная боль и здоровенная шишка. Так и заснул, одной ногой на кровати, второй на куцем коврике.

Глава 6

Утро началось с того, что у меня зверски болела голова, желудок требовал еды, а организм намекал, что мне срочно нужно добраться до уборной. Буквально вскочив с кровати, я одним прыжком оказался возле удобств и выдохнул.

А потом взглянул на себя в зеркало.

— Да, архимаг, потрепала тебя жизнь-то!

В отражении я обнаружил моложавого мужчину с отросшими седыми прядями, усталым и сонным взглядом, отпечатком подушки на лице и почти пятидневной щетиной.