Один раз на логово секты наткнулись влюбленные. Их-то и начали искать обеспокоенные родители, а когда нашли, хоронить останки пришлось в закрытых гробах с тремя слоями защиты. В другой раз на дом, где проводилось собрание, набрел пьяный маг. Он пытался дать бой, но его смело группой охраны. На зарево сражения прилетел дежурный отряд и нашел только кровавые ошметки и несколько отличительных знаков секты.

Третий же раз — самый известный — когда во время дуэли двух молодых аристократов, одно из выпущенных заклинаний подожгло заброшенный дом. По словам пожарной команды, на пепелище нашли свидетельства о проводимых на этом месте жестоких ритуалах крови.

Но как бы ни искали их гвардейцы, разведка, детективы всех мастей — смогли найти лишь косвенные указания на членов секты. И ни одной конкретной улики.

Меня тогда к делу не подключали, потому что я уже был в своей десятилетней командировке. Изучал лишь документы и один раз выезжал посмотреть на знаки со второго случая. Все, что я там увидел, заставило волосы на затылке встать дыбом, несмотря на то, что я тогда их выбривал.

Я даже не уверен, что в архиве у хранителя знаний есть хоть какая-то информация по этим фанатикам. Говорят, те категорически против записей и ведения каких-то заметок. Высший уровень секретности.

Интересно, что они забыли в Сируме?

Единственная ниточка, что вела к фанатикам, сейчас пыталась дать деру, подхватив рыжего родственничка за шкирку. Судя по схожей форме ушей и глазам — отец и сын.

— Не так быстро, — рыкнул я, дернув обоих воздушной петлей. — Я хочу знать все. Особенно имена и лица.

— Я ничего не знаю! — быстро ответил старший, дергаясь в заклинании.

Толпа, которая почти разбежалась после взрыва, а услышав про секту, испарилась окончательно. Остались только мы трое, оба рыжих и два здоровяка, которые, по всей видимости, их охраняли. Но удивительным образом, они сейчас просто стояли истуканами и не предпринимали попыток помочь начальству. Разглядели мою силу, что ли?

— Знаешь, знаешь, — ласковым голосом проговорил я, подтягивая петлю к себе. — Иначе бы не сказал название секты.

— Я это вычислил логически.

Верить ему на слово было нельзя. Но и трепаться о секте посреди переулка тоже не стоило.

— Обещаю не убивать твоего сына, если ты мне все подробно расскажешь.

— Да что это за кот такой, что из-за него убивать⁈

— Важный, очень важный кот.

Вася порывалась что-то сказать, но Григорий ее остановил, схватив за руку. Вот за это ему спасибо.

— Рассказывай, — жестко сказал я и встряхнул его.

— Пойдемте в дом, — сдался рыжий, покорно повиснув в петле. — Там нас никто не услышит.

Но вместо этого я быстро сплел еще одно заклинание. Оно отрезало нас от всех, погрузив в вязкую тишину.

— Рассказывай.

— Обещайте, что не причините вреда моему сыну.

— Смотря, что ты скажешь.

— Все, что знаю. Я уже сам не рад, что ввязался в эту историю. Если то, что говорят о них, хотя бы часть правды, мне нужно собирать вещи и переезжать на другой континент!

— Я хочу знать все, — я опустил его на мостовую, но петлю не развеял. — Абсолютно все.

— Хорошо. Здесь в Сируме за последние два месяца было два странных события. Оба раза мои ребята натыкались на помещения, где находили остатки заклинаний. Очень сильных, связанных с магией крови.

Здесь нужно уточнить, что эта самая магия крови очень похожа на темную, которую я подхватил на острове. Она не является отдельным типом силы, но может таковой стать при должном рвении. А у фанатиков его было, хоть лопатой греби, до дна не достанешь. В большинстве стран все ритуалы и заклинания, завязанные на крови, строжайше запрещены.