В период обострения ситуации на границе в конце 70-х годов было очень много заявлений по фактам фотографирования сопредельной территории. На той и на другой стороне служат ровесники из СССР и из Китая. Каждый гордится тем, что он пограничник. И каждому нужно дома рассказать и доказать, что он служил на китайской (на советской) границе. Естественно, доказать можно только фотографиями. И также естественно, что факты фотосъемок фиксируются ими же – пограничными нарядами с наблюдательных вышек, которых очень много понастроено на границе. Факт зафиксирован и пограничные уполномоченные делают соответствующее заявление своим коллегам. Особенно активно такие заявления на нашем участке делала китайская сторона. Мы на такие заявления обычно отвечали, что разберемся, но затем и сами стали делать такие же заявления. На наши заявления китайцы, хитро улыбаясь, обычно отвечали, что советские наблюдатели ошиблись, приняв обычный бинокль за фотоаппарат. При следующем заявлении по факту фотографирования советскими военнослужащими китайской территории я сразу ответил, что китайские наблюдатели ошиблись, приняв обычный бинокль за фотоаппарат. На моих коллег стоило посмотреть. Они не знали, что ответить на мое заявление. Потом вдруг начали убеждать меня, что я не имею права отвечать на заявление в таком стиле, так как я европеец (?). Фу-ты ну-ты. Азиату можно дурить европейца, а европейцу никак нельзя отвечать по-азиатски. Мне, правда, опять досталось за то, что я использовал китайскую формулу ответа на китайское заявление.

«Дружба-08»

В конце 70-х годов по Амуру ходил трехпалубный китайский пароход «Дружба-08» с огромным гребным колесом на корме. За трое суток до появления парохода на горизонте был виден столб черного дыма, перемещавшийся соответственно изгибам реки.

Однажды, в день прибытия парохода в город N, на китайской наблюдательной вышке было поднято два красных флага – сигнал срочного вызова на встречу. Что-то случилось. Река – превосходная магистраль и мы уже через полтора часа причаливали к китайскому берегу.

После традиционного чаепития и перекура китайский погрануполномоченный встал и торжественно зачитал заявление:

– Такого-то числа на таком-то километре реки Амур при выходе парохода «Дружба-08» на траверз города F, проходившая по реке флотилия советских канонерских лодок создала большую волну, что привело к сильному раскачиванию парохода и поставило под угрозу жизнь свыше 500 китайских граждан. Китайская сторона расценивает это как вооруженную провокацию и требует объяснений по данному вопросу.

Судя по виду, душа у него пела.

– Учтите, – сказал он, – данный факт наблюдали все пассажиры, а некоторые даже производили фотосъемку.

По дипломатической практике, такие заявления называются нотами и передаются через послов, а здесь передача ноты на уровне пограничных уполномоченных. Что делать? До этого мы им протест – они его отклоняют, они нам протест – мы его отклоняем. И все довольны. Как объяснить заявленный факт, если я его видеть не видел и видать не видал?

В то время фотоаппараты имели считанные единицы китайцев, а на границе фотосъемку производили только военные. Значит, на борту была группа фотокорреспондентов.

Отклоняем протест, журналисты подхватывают:

– Советский офицер отклоняет очевидный факт.

Предлагаем провести расследование:

– Советский офицер косвенно признает акт военной агрессии

Связи с руководством нет, находимся в Китае.