Предлагаем провести расследование:

– Советский офицер косвенно признает акт военной агрессии

Связи с руководством нет, находимся в Китае. Ни о каких мобильных телефонах мы тогда даже и не мечтали. Встреча затягивается. Мучительно думаю, где же выход? Задаю ничего не значащие вопросы о взаимном нахождении судов, отбойных и прибойных местах на реке, количестве мужчин и женщин на пароходе, где они находились. Ага. Тут что-то есть.

– Так, вы говорите, что по случаю хорошей погоды все пассажиры находились на верхней палубе и смотрели на прохождение советских военных судов? – осторожно, боясь вспугнуть собеседника, задаю я невинный вопрос.

Уполномоченный отвечает:

– Да!

– В таком случае, – говорю я, – примите наше ответное заявление: «При прохождении советских военных судов пассажиры парохода «Дружба-08» в количестве около 500 человек, находившиеся на верхней палубе, из любопытства перешли на одну сторону, создав одновременную нагрузку силой свыше 30 тонн на левый борт (исходя из расчета, что один человек весит 60 кг.), что привело к смещению центра тяжести и созданию опасного крена.

На моего коллегу стоило посмотреть. Если бы не официальная встреча представителей двух стран, то затяжной драки бы не избежать.

Мне сделали внушение за не совсем дипломатический ответ. А что прикажете отвечать в такой ситуации?

В конце службы мне довелось встретиться с этим уполномоченным уже в звании полковника. Мы от души посмеялись над этой анекдотической ситуацией, придя к общему выводу:

– Время было такое.

В другой раз возникла необходимость передачи китайцам сорванного большой водой буя. Буй это такой большой металлический поплавок, указывающий прохождение фарватера. Ехать было очень далеко, поэтому мы полетели на вертолете. В полете видели тихоходный китайский катер, на котором добиралась китайская делегация. Прилетели на заставу, осмотрели буй, отдали распоряжение по подготовке к встрече. Так как времени до прибытия китайцев оставалось много, пошли на берег реки порыбачить. Карась уссурийский клевал отменно. С наблюдательного поста доложили, что на горизонте появился китайский катер. Мы сложили удочки, и пошли к месту встречи. А китайского буя на месте нет. Есть след, что его кто-то утянул в воду. Что делать? Надо как-то сохранять свое лицо и лицо своих коллег.

Подходит китайский катер, на берег сходят донельзя уставшие китайцы.

– Давайте, – говорят они, – сразу произведем прием-передачу буя, и мы сразу поедем обратно, чтобы засветло прибыть домой.

А я им говорю:

– Понимаете ли, вчера шел сильный дождь, уровень воды поднялся и буй смыло в реку.

Ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё. Ничего не сказали китайцы, лишь головой мотнули, сели в свой катер и поехали обратно. Мы на вертолет. Летим и ко всем судам приглядываемся. Смотрим, идет наш обстановочный катер (тот, который следит за состоянием знаков судоходной обстановки) и на носу прикреплен китайский буй. Мы этот катер остановили и приказали доставить буй в район напротив места дислокации китайского погранпредставительского аппарата. На следующий день буй мы все-таки передали, как-то загладив возникшее недоразумение.

Однажды, находясь в китайском ресторане, где проводилась неофициальная часть погранпредставительской встречи, зашел в учреждение, в которое и цари пешком ходили. Слышу в соседнем отсеке наш русский мат.