– Я не знаю, что именно означает произнесенное тобой слово, но потому, как оно гадко звучит, мне кажется, что ты близок к истине, – хмыкнул Кранц. – Впрочем, сейчас ты будешь иметь возможность, на собственной шкуре, проверить это предположение! Встречай, к нам идут гости!

В горницу, оглушительно гремя доспехами, ввалились несколько латников, под предводительством шерифа. Так как места там было немного, они постоянно стукались друг о друга доспехами, и от этого грохота и звона получалось намного больше. Шум стоял такой, словно в избе происходило небольшое сражение.

Едва завидев Кранца с Вовиком, шериф выставил в их сторону длинный, кривой кавалерийский меч.

– А, старый знакомый! Я же говорил тебе, лекарь, что рано или поздно, ты попадешься мне на узкой дорожке! – шериф злорадно ухмыльнулся Кранцу, после чего прокричал через плечо в открытую дверь. – Командор Стриг, здесь два мародера!

– Выводите их во двор! – послышался недовольный возглас. – Мне просто не пройти в эту узкую дверь!

– А, ну пошли, лиходеи проклятые! – скомандовал шериф. – И руки держите так, чтобы я их видел! Не то попробуете моего меча!

Кранц, видимо, хорошо знакомый с горячим нравом шерифа, не заставил упрашивать себя дважды и, подняв руки над головой, торопливо зашагал к выходу. Вовик отчего-то замешкался, за что тут же получил ощутимый удар мечом пониже спины. Его счастье, что удар был нанесен плашмя и не в полную силу. В противном случае, Вовик остался бы без нижних конечностей. Взвыв в голос, он поспешил присоединиться к своему старому, мудрому наставнику.

Выведя во двор пленников, их пинками подогнали к рыцарю Ордена Чистоты. Тот горделиво продемонстрировав свой аристократический профиль, а затем еще более породистый анфас, сурово оглядел Кранца, а затем и Вовика.

– Ну, что голуби допрыгались, доворовались? – презрительно выгнув чувственные губы, спросил он.

– Мой господин, если вы позволите, я внесу ясность в эту двусмысленную ситуацию, – в высшей степени вежливо произнес Кранц, вложив в свои слова всю доброжелательность на какую был способен.

– Молчи презренный потрошитель падали! – шериф замахнулся для того, чтобы ударить старого лекаря.

Командор Стриг остановил его нетерпеливым жестом, подняв руку в тяжелой стальной перчатке:

– Оставь его, пусть скажет!

– Меня зовут Кранц. Род моего ремесла прекрасно известен уважаемому шерифу – я лекарь. А этого мальчонку, имя которому Лотар, я обучаю премудростям своего ремесла – он мой ученик.

– Ты не лекарь, а жулик и мошенник! – перебил его шериф. – Не слушайте его, командор! Этот старый плут может уболтать даже грифона в брачный период! Он как-то раз всучил мне одно снадобье, от которого я только расхворался еще больше.

– Осмелюсь заметить, что если бы славный шериф в точности исполнял все мои рекомендации от его болезни, не осталось бы и следа! – сделав самое простодушное лицо, горячо возразил Кранц. – Обычно, при лечении срамных болезней, необходимо воздерживаться от всяких сношений с женщинами, ибо…

– Довольно, пустословить! – воскликнул шериф лицо, которого пошло от гнева красными пятнами. – Командору неинтересны твои глупости!

– Нет, отчего же? – с хохотом ответил Стриг. – Я с удовольствием послушаю, как ты блюдешь обет Божественной Чистоты на службе герцога!

– Не понимаю, как можно верить мародеру, который не гнушается обирать покойников умерших много дней назад! – воскликнул шериф, лицо которого из пунцового сделалось бледно-желтым, словно воск свечи.

– Смею вас заверить, мой господин, что все эти люди были умерщвлены не позднее сегодняшней ночи, – начал Кранц.

– Ты лжешь, старик, достаточно лишь взглянуть на эти иссохшие тела, чтобы понять, что смерть наступила уже давно!– вскричал в нетерпении шериф.