– Так вы не только браконьеры, но еще и отравители? – со смехом воскликнул Нурс. – Вы и в самом деле пытались отравить этого Муравского борова?

– Крысы, которых я накормил этим ядом разом сдохли, а этот упырь съел и попросил еще добавки! – ответил Вовик, под хохот присутствующих. – Его никакая холера не берет!

Нурс рассмеялся и, не целясь, от бедра, выстрелил из арбалета в Вовика. Тяжелый болт прошел впритирку с его головой, заставив его непроизвольно склониться. Восхищенные меткостью герцога подданные захлопали в ладоши.

– Сыграем в веселую игру. На каждый мой вопрос вы, поочередно, будете давать мне ответ, – расхохотался всемогущий Нурс, передавая арбалет своему оруженосцу, чтобы тот вновь зарядил его. – Если ответ развеселит меня, я промажу. Если же ответ мне не понравится, не обессудьте – я попаду в цель! Итак, старик, теперь твой черед. Кто хотел утопить вас в речке?

– Магистр Ордена Чистоты, обделавшись с перепугу, перепачкал всю округу, – ответил Кранц.

Бот просвистел так высоко, что лекарю даже не пришло в голову уклоняться.

– Старик, шути осторожнее! – нахохотавшись вволю, предостерег Нурс. – У Его Наичистейшества весьма длинные руки. А теперь вопрос молодому человеку – почему Магистр Ордена Чистоты хотел вас утопить?

– Что вы Ваша Светлость у него и в мыслях этого не было! – сделал круглые глаза Вовик. – Магистр просто решил отмыть нас в речке от своего дерьма!

Хохот на поляне, среди лесной чащи, стоял такой, что с деревьев начали осыпаться листья. По-прошествии довольно длительного времени, сопровождавшегося новыми взрывами смеха, охотники постепенно успокоились.

– Давно я так не смеялся! – Герцог Нурс утер слезы с глаз обеими руками. – Тем более над этими чванливыми чистоплюями! У меня даже челюсти свело! Отныне вы двое, как вас там, Кранц и Лотар? Получаете исключительное право охоты в моих владениях, в любое время, и на кого угодно, кроме меня, конечно!

Последний герцогский пассаж вызвал новый приступ неконтролируемого веселья. Даже Вовик и Кранц, чье, более чем двусмысленное, положение продолжало внушать им опасения, были вынуждены улыбнуться, оценив остроумие герцога Нурса.

– Господа, на этой оптимистической ноте, я объявляю сегодняшнюю охоту закрытой! Все возвращаемся в лагерь! – дождавшись, когда основная масса охотников и прислуги пройдет мимо, Нурс сделал Кранцу и Вовику знак приблизиться. – Пойдемте рядом со мной. Теперь в двух словах, расскажите мне, на что вы намекали, говоря о том, что на белоснежных одеждах Магистра Ордена Чистоты есть грязные пятна? Вы можете быть откровенны, мне нужен лишь предлог, чтобы покончить с этими зарвавшимися святошами у себя в герцогстве. И судя по всему, вы готовы мне его предоставить, я угадал?

– Хотел бы предостеречь, Вашу Светлость, что Магистр также спит и видит, как бы покончить с властью герцогов и в первую очередь с вами, мой господин, – почтительно склонив голову, старый царедворец Кранц, начал плести свою хитроумную сеть.

– На чем основаны твои столь опасные утверждения, старик? – подозрительно покосился на него Нурс.

Чувствовалось, что семена подозрения, посеянные Кранцем, упали на подготовленную и весьма благодатную почву.

В высшей степени осторожно подбирая слова и интонации, лекарь пустился в объяснения, словно корабль в плавание по незнакомому морю, изобилующему подводными скалами и мелями:

– Мой господин, вас не зря называют Объединителем. Вы единственный, путем мирных переговоров, смогли сплотить вокруг себя еще два герцогства, принадлежащих вашим кузенам.