В его грязных руках был очень подозрительный кусок мяса, из которого торчала кость. Своей формой и размерами, он сильно напоминал человеческую голень. Потеряв всякий интерес к незнакомцам, бродяга глубоко, чуть ли не по самые уши, вгрызся в мясо своими кривыми зубами.

Вовик почувствовав сильный приступ тошноты, поспешно отвернулся. На Кранца же это, судя по всему, не произвело никакого впечатления.

– Хотите заработать пару звонких монет? – спросил он.

– Милай, все, что у тебя есть в карманах, и так уже почитай наше, – криво ухмыльнулся безногий старик, сидящий на деревянной тележке. – А, ну-ка Проглот, обшмонай этих мазуриков!

Пожиратель подозрительного мяса, отложил еду прямо на землю, и, кряхтя, поднялся.

– Ну, давайте, показывайте, что там у вас есть? – миролюбиво произнес он, обтирая, покрытые жиром, руки об свою всклокоченную шевелюру.

Кранц беспечно пожал плечами и, сняв с пояса кошель, неторопливо развязал его и высыпал содержимое в предупредительно подставленную огромную чумазую руку Проглота.

– Слышь, Култышка, здесь всего два медяка! – разочарованно повернулся здоровяк к безногому.

– Ты что оглох? Я сказал обшмонай его, как следует! – нетерпеливо застучал деревянными колодками Култышка и, оттолкнувшись ими от земли, подкатил вплотную к Вовику. – Гони деньгу заморыш, не то я тебе причандалы бараньими ножницами срежу!

– Кто же в ваш гадюшник сунется с набитым кошельком? – несколько наигранно расхохотался Вовик.

Перспектива, всю оставшуюся жизнь, петь тенором в церковном хоре, показалась ему недостаточно привлекательной. Култышка, тем временем, спешно выудил откуда-то из тележки ржавые ножницы для стрижки овец.

– Э, постой, не так быстро! – воскликнул Кранц, предостерегающе подняв руку. – Давай так, вы расскажете мне все, что знаете про троих благородных молодых господ, которых недавно нашли мертвыми под вашим мостом, и я заплачу вам золотой.

– Я же говорил, что у этого старого хмыря есть золото! – радостно расхохотался Култышка и, замолотив колодками по земле, лихо развернул свою тележку в его сторону.

– Нет, ты ошибаешься, золота у меня с собой нет – оно осталось дома! После того, как вы мне поможете, ты отправишь со мной своего человека, и я расплачусь с ним, – покачал головой Кранц.

– А, давай сделаем, по-моему! – визгливо рассмеялся Култышка, и, отшвырнув колодки, снова схватился за свои ножницы. – Я прямо сейчас отправлю с тобой Проглота в город. Там ты быстренько отдашь ему все свое золото, которое у тебя только есть, а твой голубок останется со мной. А если ты обманешь меня, я живьем скормлю его собакам.

– Тебе придется принять мои условия, потому, что я действую по приказу кузена герцога Нурса, – расстроено пожал плечами Кранц. – Если через пару часов я не вернусь, сюда заявятся стражники герцога и вырежут вас всех до единого.

Култышка пристально посмотрел в глаза Кранца, которые поблескивали сталью и неохотно убрал бараньи ножницы:

– Я не расслышал, сколько ты обещал заплатить мне за услугу?

– Один золотой! – усмехнулся Кранц.

– Не пойдет! – категорически замотал головой Култышка и возмущенно заколотил колодками по земле. – Каждый проходимец норовит обмануть бедного, беззащитного калеку!

– Хорошо, какие твои условия? – устало вздохнул Кранц.

– Жмуров, то есть я хотел сказать, молодых господ, было трое. Поэтому ты будешь должен заплатить мне по золотому, за каждого! Получается, всего три золотых! – закончил свой подсчет Култышка.

– Договорились, я согласен!

– Ну, тогда спрашивай! – обреченно махнул рукой оборванец, с таким расстроенным видом, словно Кранц его бессовестно обманул.