— Скорее второе, — кивнул я.

О том, что истинной конечной моей — а теперь и Ануки — целью было уничтожение мира, я тактично умолчал.

— Нам известно направление, в которое вы её отвезли. Однако неизвестно точное место. Мы определённо выясним это позже и без вашей помощи, если это потребуется. Однако пока нам достаточно убедиться, что она оказалась в безопасном месте, о котором знаете только вы. Вы позволите?

Он протёр пальцы салфетками и потянулся ко лбу.

— Думаю, у меня нет выбора.

— Будет легче, если вы вспомните её и изолируете меня от лишних воспоминаний.

По правде сказать, это получилось чуть лучше, чем в прошлые разы, но разум как всегда сперва немного поиграл прежде чем выдать нужную информацию.

Сегодняшний секс с Аллой. Внедорожник «демидовских» бандюков по дороге из Архангельска. «Забавный случай» с Верой. Фотография Нинель Кирилловны в кружевном белье. Горящая баронесса в подвале адмиральского особняка. Драки. Ещё драки. Утренняя дуэль, скользящее по моей коже лезвие ножа. Перестрелка на пирсе — наконец-то здесь я сосредоточился на Ануке. Всплыло её лицо в деревянном домике в глухой татарской деревушке, совместная трапеза за большим старым столом, рука бабушки, погладившая её по плечу.

— Мне кажется, всё в порядке, — неожиданно прервал транс Леонард Эрнестович. — Я увидел, что хотел, и увиденным удовлетворён.

Он быстро налил полную пиалу чая и жадно выпил. Я выждал, разминая мышцы вокруг глаз — почему-то после такой процедуры они всегда очень сильно напряжены.

— Итак, о доставке, — напомнил я.

— Погодите, сейчас я вас подведу к основной мысли. Да, пока я не забыл — у вас отличный вкус, Эльдар Матвеевич, мда. Вы уж извините, издержки процесса. Насколько вы знаете, вы были в районе двухсотого места в очереди на статус посвящённого в Обществе. Но указанные события перевели вас в район первой тридцатки.

Он выдержал многозначительную паузу.

— Вероятно, это как-то поменяло мой статус? — предположил я.

— Да. Мы засчитали спасение Ануки Анканатун как абитур. С данного момента вы — интерн. Вам предстоит несколько инициационных заданий. Я буду вашим наставником. Вы сейчас должны выразить согласие.

Я подумал пару мгновений и кивнул.

— Так понимаю, наш с вами договор предполагает какие-то права и обязанности сторон?

— Да, разумеется. Вероятно, вам уже понятно, что один из основных принципов Общества — не оставлять материальных свидетельств его работы. Никаких книг, свитков, схем и прочего. И никаких датэйев на рихнере. Всё удаляется, сжигается и так далее.

«Датэй» — местное название «файла», вспомнилось мне.

— Только память, — кивнул я.

— Да. Устный пересказ, передача зрительных образов, максимум — временные записи, которые тут же уничтожаются. Либо схемы, которые… не важно. Поэтому я могу вам сейчас долго пересказывать то, что вы должны делать, и что не должны, но я в определённой степени ленив, потому ограничусь парой моментов.