— Здорово, — проговорила Силикона, разливая шампанское по бокалам. — Только вот внизу тебя очень не хватает. Мы всё-таки празднуем, а ты тут засел, как книжный червь. Пойдём, а? А этим всем завтра займёшься!

— Я не могу, Силь, — ответил я с тяжёлым вздохом. — Мне до утра это надо хотя бы бегло просмотреть, чтобы понимать, о чём речь идёт.

— Слушай, а чего ты его сам не вылечишь? — спросила она, тут же напомнив мне Игоря, который в этот момент промычал что-то похожее на «вот-вот». — Делов-то? Пару божественных заклинаний и отрок на ногах. Бегает, прыгает, мячики кидает, машинки катает. Девочек там…

— Девочек рано, — перебил я её и не смог не улыбнуться. — Я бы с удовольствием его вылечил. Вот только на мели совсем. Всё, что заработал, потратил на нашу дорогую Кьяру. Поэтому тут решил обойтись деньгами.

— Ранди, — совершенно серьёзно проговорила Силикона, приблизив ко мне лицо. — Вот честно мне скажи: ты и правда дурак? Или просто притворяешься?

— Правда… то есть что? — она настолько сбила меня с толку, что я даже потерялся. — Ты вообще о чём?

— Дорогой мой, — ответила она, вкладывая бокал в мою ладонь. — Запомни раз и навсегда: богиня ребёнка не обидит! Почему ты мне сразу не сказал, что нужна помощь?

— Да я побоялся, что ты ему какое-нибудь надувное сердце вместо настоящего поставишь, — я развёл руками, потому что сейчас просто выкручивался. На самом деле я вообще не рассматривал вариант с её помощью. — Или ещё там ему чего закачаешь. А ему ещё всю жизнь жить.

— Так, — она выпила шампанское и со стуком поставила бокал на стол. — Я смотрю, ты и правда дурак. Это же ребёнок! Я, конечно, тётка своеобразная, но я в первую очередь — женщина! Ты знаешь, где он сейчас находится?

— Знаю, — кивнул я, открывая перед собой папку с адресом больницы, где он находился сейчас. — Вот у меня тут есть…

— Погнали, — перебила она меня. — У меня благодати хватит и на портал и на лечение. А потом отметим!

* * *

Через полчаса мы уже вернулся к своим. Впрочем, сказывалось то, что день сегодня был очень тяжёлый. Почти все разошлись. Силикона тоже сказала, что устала и пошла к себе. Но я-то знал, что её вымотали порталы и лечение, высосав почти всю благодать.

— Жозефина Павловна велела тебе кланяться, — проговорил Бухарыч, отвлекаясь от какого-то эксперимента со Ждановым. — Говорит, очень благодарна за всё.

— А остальные? — спросил я, и лишь после этого обратил внимание на настенные часы, стилизованные под старину. — Спят уже, да?

— Угу, — хмыкнул Жданов, но не отвлекаясь от того, что они делали.

И мне стало интересно, чем целитель и алкогольный бог могут на пару так увлечённо заниматься.

Когда я подошёл к ним, выяснилось, что перед ними лежит храпящий Дезик, на котором они, собственно, и ставят свои опыты.

— Вы мне только пса-то демонического не прибейте случайно, — попросил я, с жалостью глядя на Цербера.

— Не, — махнул рукой Антон Павлович. — Мы вообще наоборот.

И снова с головой ушёл в плетение заклинания.

— А чего вы делаете-то? — решил спросить я напрямую, потому что так мне никто ничего объяснять не собирался.

— Да вот, понимаешь, — Бухарыч перевёл на меня взгляд, пытаясь объяснить, но не смог подобрать слова и сдался.