— Вы ошибаетесь, тут работали целые толпы нанятых садовников, чтобы парк приобрёл вид запущенного и таинственного. Представляете, как хорошо, когда…

— Достаточно, — попросил я.

Когда показались белые колонны на подходе к усадьбе мне уже было очевидно, что меня надули. Точнее, пытались надуть.

Дом, строго говоря, был трёхэтажным. Когда-то. Давным-давно. Лет эдак двести назад.

Первый этаж, сложенный из огромных брёвен, до сих пор сохранился практически в первозданном виде. И хоть это абсолютно точно не было усадьбой, что-то достойное из него можно было бы сделать. Если бы не два верхних этажа, обрушившиеся внутрь и приваленные сверху остатками крыши.

Я обошёл полуразложившийся труп некогда массивного и основательного строения. Деревянная рассохшаяся дверь отвратительно скрипела на ветру, покачиваясь на ржавых петлях. Я осторожно протиснулся внутрь и чуть не провалился в дыру, коими был усеян весь пол.

— Естественная вентиляция, как вы видите, выполнена на наивысшем уровне!

Я окинул взглядом огромный каменный камин в углу, который ещё умудрялся поддерживать честь межэтажных перекрытий. Однако в центре зияли провалы такого размера, что я просто молча указал на них рукой, не находя слов для вопроса.

— Улучшенная вентиляция для отвода дыма и продуктов горения из главного зала, — не моргнув глазом, выдал риэлтор. Он не унимался даже под моим пронзительным взглядом. — Данный дизайн отвечает всем требованиям сложившейся в последние месяцы моды. Он полностью открывает натуру человека окружающей его природе.

В этот момент, оглушительно звеня, на мою шею сел огромный комар и запустил жало под кожу. Я убил его и показал ладонь с пятном крови представителю компании.

— Я же говорю, единение с природой — это самый передовой тренд в сфере загородной недвижимости.

Рискуя жизнью, я решил подняться по хлипкой лесенке на второй этаж, от которого в целости остался лишь небольшой балкончик для чаепития с видом на болото. Лягушки надрывно квакали, выражая полное возмущение нарушением их тихой экологически чистой жизни.

— Озеро, говоришь? Для встречи рассветов? А это что? — я указал на хор лягушек. — Экологический будильник, твою мать?

— Вот видите, вы уже сами понимаете все новейшие тренды и находите прелесть во всех удобствах данного предложения. Когда вы готовы будете внести аванс? — я спускался со второго этажа, а риэлтор семенил следом. Рот его не затыкался ни на мгновение.

— Какой аванс? Дом разрушен, — я показал ему на обвалившиеся этажи, приваленные упавшими уже после этого деревьями. — Ты разве не видишь?

— Это же отлично! — поразил меня до конца паренёк. — На месте этих развалин вы сможете сделать всё, что захотите по своему собственному эскизу!

— Мне нужен дом, чтобы в нём жить уже сейчас, — предпринял я последнюю попытку достучаться до здравого смысла молодого человека, напрочь убитого жаждой наживы. Вот уж… явный последователь Баблоса.

— За небольшую доплату мы можем организовать вам бытовой вагончик на первое время. Два-три года, за которые вы приведёте в порядок дом, — он всё ещё сиял, как гонг у Дзена.

Я с наслаждением убил ещё одного комара и повернулся обратно к машине.

— Едем обратно, — бросил я риелтору.

— Если не нравится, мы можем посмотреть другие великолепные варианты, — с надеждой обратился он ко мне.

— Нет, — ответил я, шагая по сгнившей листве. — Великолепнее уже не будет.

* * *

Коломна, поместье князей Гагариных.

Глава рода Гагариных, Илья Сергеевич, которому было без малого уже сто лет, сидел на террасе с южной стороны особняка и грелся на весеннем солнышке.