– Для таких упражнений нужен хороший амулет с плетениями силы, – немного насмешливо заметил устроившийся перед ним в кресле Март.

– Вы полагаете, этого недостаточно? – сумел остаться невозмутимым пан Анджей, на груди которого висел большой талисман с крупными стелларами.

– Камни хороши, а вот соединены бестолково. Вместо усиления только мешают друг другу.

– Ваше лицо кажется мне знакомым, но никак не могу припомнить, где мы встречались…

– А вот я вас сразу узнал… дорогой племянник!

– Ты?! – дернулся сообразивший наконец, что происходит, граф. – Откуда ты взялся?

– Я приехал за вами. Ваша деятельность нанесла невосполнимый ущерб репутации нашего рода. И я намерен положить этому конец!

– Нашего рода? – задохнулся от возмущения Оссолинский. – Да как ты смеешь…

– Поговорили, и хватит. К делу! – сказал Март.

Казалось, вот только он, развалившись, вольготно сидел в кресле и в тот же миг, без перехода, оказался перед Оссолинским. Ему хватило одного удара, чтобы обездвижить противника и на время лишить силы. Сорвав с шеи графа артефакт, он надел на руки пленника стальные браслеты и без колебаний вломился в его сознание, ничуть не заботясь о сохранности личности своего давнего врага.

Граф, будучи пусть и слабым, но одаренным, не собирался сдаваться без боя, однако долго сопротивляться напору Колычева у него не получилось. Март видел, как аура врага начинает мутнеть, ее некогда стройная и яркая структура бледнеет и разваливается на путаные фрагменты, а потом тот и вовсе поплыл.

Тем не менее он не прекратил выкачивать сведения из противника. Благо их там имелось в избытке. И только добравшись до куска воспоминаний о тщательно спрятанном прямо здесь, в этом доме, сейфе, где хранился архив секретных и очень ценных документов, помимо всего прочего компрометирующих и многих важных лиц в Англии и России, он прекратил «допрос».

Граф потерял сознание и отключился. «Как раз есть время на поиск документов, пока он в отрубе», – подумал Март.

Что же, где тайник, он знает, кодовое слово тоже. Ключи нашлись в личных вещах родственника. Оставалось только завладеть документами. Правда, имелся один нюанс. Создатель хитроумного сейфа предусмотрел возможность его ликвидации. Если нарушить последовательность открывания замков и введения кода, находящийся внутри железного ящика заряд взрывчатки взорвется.

Пришлось рискнуть. Ни на секунду не покидая «сферу», они с Хаджиевым вставили ключи и одновременно на счет три их провернули, потом Колычев ввел код, после чего повернули еще раз. Замок внутри хитроумного механизма щелкнул, и тяжелая дверца неожиданно легко отворилась.

– Хорошая работа, Мартемьян-сама! – расплылся в улыбке покрывшийся мелкими капельками пота японец.

– Это точно, – отозвался Март, аккуратно выкладывая содержимое сейфа в нашедшийся рядом портфель Оссолинского, а то, что не поместилось, – в сдернутую с кровати простыню. Выглядел получившийся узел не слишком презентабельно, но это сейчас было неважно.

Подхватив мешок с документами и все еще пребывающего в отключке графа, диверсанты спустились вниз. Март вызвал по ментальной связи Кима и велел им с Вахрамеевым осмотреть гараж. Требовалось найти какое-нибудь средство передвижения.

«Есть машина», – ответил через пару минут приятель.

– Вот и хорошо, – удовлетворенно кивнул Колычев. – А то я уже думал, что придется все это добро на себе тащить.

– Странный какой-то автомобиль, – прошептал Витька, когда они появились.

– А что такое?

– Руль с неправильной стороны!

– Ничего страшного, – ухмыльнулся про себя Колычев и, устроившись на водительском сиденье, попытался завести двигатель.