Юная одаренная из хорошей и к тому же очень состоятельной семьи представляла собой выгодную партию и котировалась на брачном рынке не многим меньше, чем дочери какого-нибудь американского мультимиллионера или европейского монарха средней руки. Однако до сих пор ей удавалось купировать матримониальные планы семьи своей детской помолвкой. Ее мать – Татьяна Александровна – не раз проклинала себя, что поддалась на уговоры теперь уже бывшего мужа устроить сговор с Колычевыми, и сделала все, чтобы переубедить строптивую дочь, но тщетно.

В общем, все было хорошо, и вот вам здравствуйте: суженый-ряженый собственной персоной, да еще такой напыщенный и… да откуда он взялся?!

Что думал по этому поводу чудесно воскресший жених, она не знала, да и не особо интересовалась.

– Сашенька, – отвлек ее от черных мыслей дед. – Мне надобно переговорить с Игорем Ивановичем об одном важном деле. Поскучаешь тут немного без меня?

– D’accord, grand-père, – довольно натурально изобразила послушную внучку Саша.

– Вот и славно. Хочешь, пойди к княгине Белосельской-Белозерской и ее внучкам. Вам будет, о чем поговорить.

– Я лучше просто похожу, – деликатно отказалась девушка, не желавшая посвятить вечер обсуждению нарядов и тому подобной дребедени.

– Как знаешь, – пожал плечами Колчак.

Следом за ним в кабинет министра направился отец и его… хм… воспитанник. А вот это было интересно и, пожалуй, даже странно. Ладно отец, несмотря на скромный чин и положение, он был очень авторитетным приватиром с большими связями. Но что в компании таких людей может делать мальчишка? Это нужно было выяснить…

Оказавшись в кабинете, хозяин первым делом предложил гостям сесть, затем подвинул адмиралу шкатулку с сигарами и перешел к делу.

– Мартемьян, – без обиняков начал он, – как вы, вероятно, поняли, здесь собрались не чужие для вас люди. Поэтому я хотел бы вернуться к нашему прошлому разговору.

Март мысленно подобрался, готовясь к более чем серьезным переговорам. Наступил момент, когда все его навыки надо применить и без всякого внушения – сидящие перед ним гроссы этого просто не допустят. Значит, нужны реальные аргументы, точные формулировки, быстрые реакции, толика юмора. Ни одно лишнее слово не должно нарушать целостной, уверенной и ясной картины, способной преодолеть все, даже гипотетические возражения.

– Слушаю вас, Игорь Иванович.

– Да нет, это мы вас слушаем. Насколько я помню, вы твердо намерены стать пилотом?

– Совершенно верно.

– И не имеете желания поступать в какие-либо учебные заведения.

– Да, это так.

– С таким потенциалом и рисунком ауры? – удивленно поинтересовался Колчак, затянувшись ароматным дымом.

– Вы находите это странным?

– Нет, что вы, молодой человек! Я и сам пилот, равно как и все присутствующие здесь. Это весьма важная профессия, но, избегая службы во флоте, а стало быть и не имея возможности занимать руководящие посты, вы лишаете и себя, и страну возможности раскрыть свой дар пилота в полной мере…

– Вы во многом правы, господа, но это жертва, на которую я готов пойти. В оправдание могу лишь заметить, что мои интересы не ограничиваются полетами. У меня есть планы и в других областях.

– Позвольте полюбопытствовать, в каких?

– В самых разных, ваше высокопревосходительство. Но большинство из них, так или иначе, связано с военным делом. И первый проект, который, не кривя душой, можно считать удачным, – это пистолет-пулемет ППК-41. Этот образец вооружения разработан в инициативном порядке и уже поставляется на вооружение корейской армии и частным лицам.