- Вы молоды. Человек, который выглядит старше, чем я вел бы себя с превосходством и непременно стал бы воспитывать меня. Инспектора любят воспитывать, а я не нуждаюсь в воспитании. С человеком моего возраста легче общаться. Не смотря на молодость, вы искушены в своем деле, я смотрела ваши отчеты так же внимательно, как вы читали заметки о моем прошлом. Вы лояльно, не предвзято, относитесь к Галактису и всему, что с ним связано, ваше мнение не будет основано на предубеждениях. Вы не амбициозны, мне нравиться ваш образ мыслей, и вы стараетесь защищать своих подопечных. И еще вы хорошо сопротивляетесь внушению.

Она вложила в последнюю фразу особую силу. Веки молодого человека дрогнули, он стал часто моргать, взгляд сразу стал живым и осмысленным.

- Я никогда не вел дел подобного характера. Не скрою, вы оказали мне честь выбором. - Он смутился.

- Я возложу на ваши плечи трудную задачу. Все что вы узнаете, не имеет доказательств, прямых, во всяком случае. Сделать выводы будет очень нелегко. - Эл говорила тихо и старалась держать ровную атмосферу. Парень начал приходить в себя.

- Признаюсь, я беседовал с Расселом Курком. Мне нужен был совет, как себя с вами вести. Я обратился к нему сам. Он был так сдержан в оценках.

- Он посоветовал вам быть очень искренним и не пользоваться заранее заготовленной схемой.

- Слово в слово, - подтвердил инспектор. - Еще он советовал обращаться не по званию.

- Это, как вам больше нравиться. Мои привычки изменились. Я предпочту называть вас инспектором. Между нами есть граница, я не хочу ее переходить. - С этими словами она сдержанно улыбнулась. - Что же касается искренности, то говорить буду я. Ваше дело слушать и задавать вопросы, правильно и по существу. Предупреждаю, я расскажу не все, некоторая информация предназначается службе разведки Галактиса. Даже посланец, который оказал мне честь несколько дней назад, не захотел знать больше, чем я сочту нужным сказать.

- Я хотел бы уточнить насчет доказательств. Я пользуюсь только слухами о каком-то предсказании и о том, что Галактис вас нанял, чтобы вы оказались на стороне пиратов. Сама идея кажется мне немыслимой, подобно самоубийству, но Нейбо мертв. Вы его уничтожили. Само по себе это многого стоит. Вы решили исход войны.

- Об этом мы еще поговорим потом, - она повысила голос и напряглась. - Не упоминайте это имя.

- Хорошо, я готов выслушать. - Он насторожился и часто закивал.

- Готовы. Слушайте, - более спокойно сказала Эл. Она начала рассказ без вступлений, сразу по существу.

Он сидел как прикованный в одной позе, не пошевелился ни разу. Его ум был напряжен, он старался не упустить ничего. Она не ошиблась, выбрав его. Он слушал и видел то, о чем она говорит. У него безусловно было хорошее воображение. Лицо инспектора красноречиво выражало его чувства. Он сопереживал ее словам, именно этого она и хотела. Несколько раз ей пришлось останавливаться и ждать, чтобы он мог справиться с волнением. Эл рассказывала медленно, подбирала нужные слова, сглаживала резкие углы. Говорить долго оказалось не так просто, она отвыкла от длинных речей, а облечь в слова некоторые ее ощущения было просто невозможно. Она описывала только то, что могла вспомнить точно. Странная вещь память, особенно сложно было описать общение с Нейбо, тут она обходилась несколькими фразами, такое объяснить было невозможно. Она могла бы взять парня за руку и показать хоть одну сцену, он гарантировано получил бы психическую травму. Поэтому об условиях своей жизни Эл сказала коротко.