- Так почему отменили атаку?

- После вашего отлета появился посол Галактиса и объявил, что Галактис берет планету под свое покровительство, - начал объяснять он. - Остальные вылеты немедленно отменили, ваш - не успели. Мы все тщательно осмотрели. Там нет оружия. Формально мы не имели права атаковать. Я вам сочувствую, ребята. Нас обвинят в превышении полномочий.

Он оглядел всех, поймал вопросительные недовольные взгляды. Он хотел сказать больше, но они разгоряченные после налета не поймут его. Не им, а ему и командованию флота, придется извиняться за ошибку.

- А как руки чешутся! - сказал высокий смуглый пилот, темноволосый с горящим взглядом. - У меня с ними особые счеты. Ничего, кое-что мне удалось разнести. Может у них нет оружия, но там работала какая-то дрянь, которая сбивала прицелы. Пришлось бить на глаз. Будь моя воля, я бы туда вернулся.

- Брось. Мало ты их громил, Дмитрий. Сотней больше, сотней меньше, - сказал другой пилот.

Они стали обсуждать, как удачно они выбрали план атаки, что все-таки удалось напакостить пиратам.

- Мне нужно идти, - сказал капитан разведки. - Командор ждет.

Он пробился сквозь толпу. Пилоты двинулись дальше. Он снова осмотрелся. Вот она. Она стояла по другую сторону коридора, шагах в двадцати, ждала его, прислонившись спиной к стене. Он подошел.

- Что за трюки? Они не видели вас?

- Не люблю толпу, - тихо сказала она. - Варвары.

Он пригляделся. Ее лицо было странным, бледным в тон волосам, взгляд отсутствующий и злой.

- Вам плохо?

- Мне плохо, - кивнула она. И прошипела сквозь зубы. - Мне стыдно за них.

- Нужна помощь?

- Нет. Я не больна.

- Вы странно себя ведете. Как вам удалось исчезнуть?

- Я не исчезала. Меня не видели.

- Не хотели объясняться с пилотами? - он усмехнулся. - Они бы сказали вам не мало неприятного. Решили поберечь нервы?

- Прекратите. Вы забываетесь.

Она выпрямилась. Он встретился с ней глазами и почувствовал, как холодок пошел по спине.

- Скажите командору, что я покинула борт. Разбирайтесь с Галактисом сами.

- Но вы….

- Я никому, ничего не должна. Вам интересно, что за систему упомянул пилот. Он прав. Это пассивная система обороны. Не запрещается. Не пытайтесь искать, никто вам ее не покажет.

- Вы знали?

- Я ее включила.

- Но когда?

- До налета, разумеется, - в ее голосе послышалось раздражение.

- Вас там не было.

- Это вы так думаете. Не говорите об этом ни командору, ни тем более представителям Галактиса. Если станет известно, что колонию обстреливали в присутствии посла, вашему командору придется подать в отставку.

Она повернулась и пошла обратно в сторону пирсов.

Геликс впустил ее молча. Эл села в кресло и застыла в одной позе. Ей было больно. В груди она чувствовала тяжесть, дышать было трудно. Какие мучительные, сильные чувства. Такую же боль она ощущала, когда сгорел Щит-14. С того дня прошла целая субъективная вечность, но тогда и теперь болела душа у одного и того же человека. Тогда, ей казалось, она потеряла все. О чем же ей переживать теперь, когда все вернулось, почти все? Чем больше она возвращалась к своему прошлому, чем больше вспоминала, тем ощутимее шевелились в ней человеческие чувства. Так болела ее душа. Прошлое и настоящее смешивалось, образуя странные сочетания, вместо радости причиняя боль. Мало того, что она сама переродилась в иное, но и мир ее воспоминаний стал неузнаваем. Эл чувствовала, как снова все теряет.

Она не знала, что на крейсере Дмитрий. Она заметила его среди толпы бушующих пилотов и ужаснулась. Неужели Димка? Она сделала так, чтобы ее не заметили.