— Так вот почему ты не сняла плащ в карете, — процедил он сквозь зубы, — в следующий раз мне придется произвести тщательный досмотр твоего наряда, прежде чем вывести в свет.

— Право же, Лукас! Платье сшито по последнему писку моды.

— Девчонка в таверне и то не станет так обнажать грудь. Ты, того и гляди, вывалишься из платья. Если бы я увидел тебя перед выездом, то отправил бы наверх и заставил переодеться.

— Теперь уже поздно, — весело возразила она, — пожалуйста, не хмурься. Дворецкий вот-вот возвестит о нашем прибытии — ты же не хочешь, чтобы леди Атертон и все гости увидели нас в разгар семейной сцены.

— Признаю вашу победу, мадам, однако будьте уверены, мы еще вернемся к этому разговору. — Лукас повел жену вверх по лестнице в сверкающий огнями и переполненный нарядными гостями зал.

Дворецкий провозгласил имена графа и графини Стоунвейл, и почтительный шепоток пробежал по толпе. Затем раздались радостные восклицания, гости приподнимали бокалы в знак приветствия, пока Лукас и его жена спускались по лестнице навстречу хозяевам дома.

Леди Атертон с нежной грустью улыбнулась Лукасу. Хмурый лорд Атертон, интересовавшийся исключительно политикой, склонил над рукой Виктории блестевшую лысиной голову.

— Так мило с вашей стороны, что вы устроили для нас этот вечер. — Виктория старалась, чтобы ее голос звучал с искренней доброжелательностью.

— Вы прелестно выглядите, дорогая, — ответила ей Джессика. — Ваше платье столь изысканно и сшито в таком необычном для новобрачной стиле. Но вы же всегда отличались оригинальностью, не правда ли?

— Стараюсь, — бодрым голосом подтвердила Виктория, — я не хотела бы слишком быстро наскучить собственному мужу.

Лукас попытался взглядом остановить жену. В его улыбке таилась угроза.

— С того вечера, как мы познакомились, я был как никогда далек от скуки, дорогая моя.

Лорд Атертон покровительственно улыбнулся:

— Насколько могу припомнить, ваше знакомство состоялось именно в этом зале, не правда ли?

— Леди Атертон была чрезвычайно любезна и познакомила нас, — вежливо подтвердила Виктория.

— Я рад за вас. — Лорд Атертон поклонился Виктории. — Окажите мне честь — позвольте пригласить вас на первый тур вальса.

— С огромным удовольствием.

Вступая с ним в круг танцующих, Виктория успела бросить взгляд через плечо и заметить, как толпа гостей поглощает Лукаса. Поверх голов он поймал ее мимолетный взгляд и улыбнулся в ответ восхищенной, чувственной, самонадеянной улыбкой — улыбкой счастливого обладателя.

Почувствовав внезапный жар в груди от этой улыбки любимого, Виктория постаралась сосредоточиться на словах лорда Атер-тона, который, как всегда, пустился толковать о политике.

Весь вечер Лукас не выпускал из поля зрения леди в янтарном платье, но поговорить им не удавалось. Может быть, и к лучшему, решил он. Окажись он рядом с Викторией, наверняка снова бы придрался к ее платью, а поскольку ничего уже не поправишь, не стоит продолжать глупый спор.

Хороший муж должен понимать, какие сражения можно выиграть, а какие нет. К тому же Лукас отдал должное стратегии Виктории, благодаря которой она ослепила всех на вечере Джессики Атертон.

И все же, наблюдая, как многочисленные партнеры приглашают жену на танец, Лукас не раз повторил свою клятву: отныне он сам будет заниматься ее нарядами.

— Твоя жена собрала нынче целую свиту поклонников, — проворковала Джессика Атертон, оказавшись рядом с Лукасом. — Мне приятно видеть, что она веселится от души.