Жизнь унижает сильнее любого командира.

Он обделался как Страж – он не учуял неладное, когда маги под его надзором позволили демонам из за Разлома поглотить их разум и дали им доступ к собственным сокрушительным силам.

Он обделался как командир – он смотрел, как погибают его люди и не мог представить, что еще сделать, чтобы спасти их. Не в первый раз.

Он обделался даже в том, чтобы как то исправить ситуацию – ему просто не дали поучаствовать! Король решил лично отправить его отсидеться в тылу, чтобы Тай не наделал дел.

Стыд и позор.

– Ну ты чего совсем постный? – не выдержал Диармайд. – У тебя брови скоро на подбородок сползут.

Таю захотелось сказать, что если король не желает видеть его, такого постного, то мог бы остаться во дворце. Но смолчал: кем бы Дей ни был раньше, сегодня он король.

– Прошу прощения, – по прежнему хмуро отозвался Тай, стараясь не смотреть на короля. Диармайд заметил и с пониманием кивнул.

– Считаешь, что я не отношусь к делу серьезно? Что я использовал сопровождение сдуревшего капитана как предлог, чтобы вырваться из дворца?

Тай не стал скромничать:

– Ну, так в самом деле выглядит, – пробурчал он будто бы под нос, но чтобы при этом король расслышал. Диармайд хохотнул:

– Мне казалось, ты знаешь меня достаточно давно. Неужели я, кроме развлечений, ни на что не способен?

– Не могу знать, – уклончиво ответил Тайерар. – Но из воспоминаний о временах, когда вы были воспитанником Стражей, могу точно сказать, что в веселье вы знали больше толку, чем вся цитадель вместе взятая.

Диармайд хотел сказать: «Ну тебя!», однако промолчал. Он мог бы доказывать Таю другую точку зрения, но, как показала дорога, в текущей ситуации лучшим будет не обращать внимание Тайерара в прошлое.

– Не хочешь спросить меня, почему я поехал с тобой?

– Вы король, – без раздумий отозвался Тай. – Захотели или сочли нужным – и поехали.

Вечный, ну до чего он зануден! – вздохнул в душе Диармайд. Он, Дей, тоже мог бы состроить недовольную рожу, как если бы узнал, что его дети похожи на какого нибудь советника, и однобоко отвечать на все вопросы с явным намеком, чтобы собеседник заткнулся. Однако все же пытался поддерживать беседу, черт бы побрал этого Тайерара!

Вооружившись королевским достоинством, Диармайд приосанился и сообщил:

– Прежде, чем встречаться с Айонасом и Альфстанной, чтобы принять какое то решение по поводу магов и стражей, я бы хотел без свидетелей услышать мнение еще одного человека.

Тайерар напрягся: о ком именно говорит государь? О нем самом, Тайераре? Хотел поговорить, так сказать, по душам? Чтоб никто не подслушал? Так Диармайд мог провернуть это и во дворце. А, значит…

– Мне нужен взгляд человека, – продолжал король, – к мнению которого прислушиваются обе стороны, и который не выглядит заинтересованным в поддержании какой то одной.

Брови сошлись над переносицей Тайерара, как два драчливых барана.

– Вы правда считаете, что есть какие то две стороны? – сдерживаясь, спросил он. – Стражи…

– Позиция стражей мне известна, – тут же перебил государь. – Но маги тоже люди, и многие из них не сделали ничего плохого. Поверь, они быстро напомнят тебе об этом. К тому же одну из Цитаделей Айонас уже сжег, было бы чертовски глупо жечь оставшуюся.

– Почему это?! – не согласился Тай. От его интонаций конь под ним недовольно фыркнул и тряхнул ушами.

– Потому что, – тоном, каким сообщают сокровенные тайны, ответил Диармайд, – маги не перестанут рождаться, а воспитывать их где то надо. И лучше делать это в худо бедно управляемой и присматриваемой Стражами цитадели, чем пустить все на самотек.