|
Голова у меня закружилась, и из глубины моего исстрадавшегося сердца вырвались слова: - Но только не у меня! Не у меня! - Больше ничего добавить я не смог. Грудь мою сдавило; в сильнейшем волнении я протянул ей руку. Анна неуверенно поднялась. Она посмотрела мне в глаза, и во взгляде ее читалось напряженное ожидание. Справившись с охватившем меня волнением, я продолжал: - Простите меня! Мое сердце разрывается на части,когда я слышу от вас эти признания. Все эти долгие годы мои привязанность и преданность королю и герцогу Эболи были отравлены сознанием того, что они сделали с вами. Вам претит моя жалость. Но если мое чувство - жалость, то, поверьте, никто не имеет на него больше прав в этом мире, чем я! - Но кто дал вам право жалеть меня? - Герцогиня стояла неподвижная, бледная; ее напряженный взгляд не отрывался от моего лица. - Сами небеса, наверное. Все, что вам пришлось пережить, я пережил вместе с вами. Когда я попал ко двору, ваша судьба была уже решена. Узнав о том, что с вами сделали, я возблагодарил Бога за то, что мне не пришлось стать свидетелем вашего бесчестья. Но всегда, когда я встречал вас, когда видел вашу задумчивую красоту, ваше пленительное изящество, ваше редкое достоинство, кровь вскипала в моих жилах. Мысли об убийстве и мести начинали тесниться в моей голове. Вздрогнув, она отшатнулась от меня: - Но почему? - Потому что я люблю вас! Люблю с того самого дня, когда впервые увидел. К несчастью, наша встреча произошла слишком поздно, мне не на что было надеяться... - Я произнес все это на одном дыхании, не глядя на Анну, до боли впившись руками в подлокотники кресла. - Антонио... - Что-то в ее голосе заставило меня вскинуть голову. Бледность сошла с ее щек, губы трепетали, и казалось, что вся она горит. В глазах ее читалась мольба. - Антонио, я никогда не подозревала об этом, никогда не догадывалась... Я с изумлением, не веря себе, смотрел на нее. - Почему же вы скрывали то, что могло бы поддержать меня в трудную минуту, вселить в меня мужество и силу? Ведь я когда-то тоже надеялась, ждала... - Вы надеялись и ждали?! - Я надеялась, мечтала. Я ждала вас, Антонио. Я протянул к ней руки, она упала в мои объятия и разрыдалась. Разум мой от всего услышанного почти помутился, сердце колотилось в груди от смешанного чувства радости и боли. И, право, для боли было гораздо больше оснований, чем для радости. Весь вечер мы не разнимали рук, не могли отвести друг от друга глаз. Многое было сказано, многое поведано. С горечью мы убедились, что изменить уже ничего нельзя. Мы оба были связаны, и связаны очень прочно. Анна - королем, чья ревность была бы страшна, а я - семьей, женой и детьми. Наша встреча произошла слишком поздно. |
