|
Они были одни в уютной, увешанной гобеленами комнатке, которую Екатерина называла своей молельней. Полная, все еще красивая королева-мать возлежала на кушетке, обитой розовой парчой, а д'Анжу стоял у окна. Он снова разглядывал свои руки, которые старался пореже опускать вниз, чтобы кровь не приливала к ним и не портила их восхитительной белизны. - Адмирал пытается ослабить наше влияние на Шарля, а сам влияет на него все сильнее, - возмущенно сказал Генрих. - Можно подумать, я этого не знаю, - последовал сонный ответ. - Пора положить этому конец, пока он не успел разделаться с нами! - напористо проговорил д'Анжу. - Ваше собственное влияние, мадам, тоже с каждым днем убывает, и адмирал, того и гляди, совсем охмурит вашего сына. Брат принимает его сторону против нас. Не использовали бы его гугеноты в качестве своего орудия. О, Боже! Видели бы вы, как он опирался на плечо этого старого хрыча, слышали бы, как он назвал его "отец мой" и объявил себя его преданным другом. "Я ваш всем сердцем и душой..." - вот точные слова брата. А когда я потом вошел к Шарлю в кабинет - о, как он зарычал, как посмотрел на меня и схватился за кинжал! Мне показалось, что он сейчас вонзит его мне в горло. По-моему, совершенно очевидно, чем именно старый негодяй привлек его на свою сторону. - И Генрих повторил еще более яростно: - Пора, пора положить этому конец! - Знаю, знаю, - бесстрастно пробормотала Екатерина, дождавшись, когда выплеснутся его эмоции. - И конец этому, безусловно, наступит. Старого убийцу следовало повесить еще много лет назад, ведь это он направил руку, стрелявшую в Франсуа де Гиза. Теперь он стал еще опаснее - и для Шарля, и для нас, и для Франции. Он хочет отправить свою гугенотскую армию во Фландрию, на помощь кальвинистам, и поссорить нас с Испанией. Хорошенькое дело, клянусь Богом! - Ее голос на минуту оживился. - Католическая Франция воюет с католической Испанией из-за гугенотской Фландрии! - Королева-мать усмехнулась, потом вяло, на свой обычный манер, продолжала: - Ты прав. Пора с этим покончить. Колиньи - это голова чудовища; если ее отрубить, то и все чудовище, возможно, испустит дух. Нужно бы посоветоваться с герцогом де Гизом. - Екатерина опять зевнула. - Да, герцог де Гиз даст нам совет и наверняка не откажется помочь. Решено: мы должны избавиться от адмирала. Этот разговор произошел 18 августа 1572 года, и какими же энергией и целеустремленностью природа наделила эту толстую и медлительную даму, если в течение всего двух дней были предприняты все необходимые меры, и наемный убийца Морвер уже ждал своего часа в доме Вилэна в монастыре Сен-Жермен л'Оксеруа. Наняла убийцу мадам де Немур, которая тоже смертельно ненавидела адмирала. Однако возможность исполнить дело, за которое ему платили, представилась Морверу только в следующую пятницу. |
