Второй источник точного адреса Таранова не знает, но тем не менее может существенно помочь.

Лидер приехал в офис «Анти-клуба», переоделся в мундир подполковника милиции (эх, тесноват стал мундирчик-то – полнею). Потом на фирменном бланке ГУВД с подлинной печатью быстро нашлепал на компьютере запрос в ПТС. В форме, с «официальным» запросом, удостоверением подполковника он поехал на Синопскую набережную, где находился филиал ПТС – «Северо-Западный Телеком».

Через час он держал в руках распечатку междугородных звонков, поступивших на домашний телефон Лаврова за период с первого по седьмое июня. Всего звоночков было четыре. Два из Грозного, один из Москвы. Они Лидера совершенно не интересовали. Он верно предположил, что Лавров был в командировке в Чечне и оттуда звонил домой. А вот четвертый… четвертый был сделан сегодня, в 15:50, с Анциферовского узла связи Хвойнинского района Новгородской области… вот так!

Лидер вернулся в «Анти-клуб», снял форму (никогда ее не любил, надевал только при необходимости) и достал карту Новгородской области. Он нашел населенный пункт с названием Анциферово, достал циркуль и, сверившись с масштабом, обвел окружность радиусом двадцать пять километров. Где-то в этом круге скрывается Африканец.

Потом Игорь Павлович с удовольствием выкурил сигарету и сделал несколько телефонных звонков. Потом он сложил карту, сунул ее в карман и поехал на встречу с Танцором.

– Теперь целый «арсенал» с собой таскаешь? Тревожно нахмурила брови Светлана, насторожились Чук и Гек.

– Решим вопрос с паспортами, – сказал Таранов чуть смущенно, – утоплю все к чертовой матери.

Светлана отвернулась и медленно побрела вдоль берега. Дядя Саша крякнул и с досадой сказал:

– Дурак ты, Ванька.

– Дурак, – согласился Иван. – Дурость, отец, болезнь неизлечимая.

Они выкурили по сигарете, сидя на борту лодки, и дядя Саша собрался обратно. Собаки запрыгнули в лодку, но старик строго приказал:

– Гек, вылезай. Остаешься с Иваном.

Гек покорно выпрыгнул из лодки. Дядя Саша дернул шнур стартера, мотор затарахтел, старенькая «казанка» пошла обратно. Таранов стоял на берегу и смотрел ей вслед.

– Сделаем. Как только будет фото, так и сделаем. А вот эту купюру, Валентин Петрович, пожалуйста, замените.

– Почему? – удивился Айболит.

– Я вас, Валентин Петрович, конечно, уважаю… но… мой ученик ее делал – Галоша. Талантливый мальчик. Но вот здесь… посмотрите на губы Франклина… снебрежничал.

Лавров посмотрел на губы, ничего не увидел и сказал:

– Тьфу ты… Галоша!

С Кацманом Лавров познакомился, в общем-то, случайно. Грыжу он Изе вырезал… Прямо в больницу, когда прооперированный Кацман отходил от наркоза, пришли оперативники. Очень, кстати, удивились, когда узнали, что у Изи грыжа.

– Как же, – спросили они, – Кацман грыжу-то заработал? Он же всю жизнь «интеллектуальным» трудом занимался – документы подделывал.

Так у Лаврова появился «свой» спец по фальшивкам.

– Зря вы Галошу ругаете, Валентин Петрович, – сказал Кацман, – очень талантливый молодой человек. Талант! Талант! Замечательный специалист по штриховым клише и глубокой печати.

– Далеко пойдет, – буркнул Валентин.

– Навряд ли… Он, знаете ли, шпилевой. Как возьмет карты в руки – беда. А человек нашей профессии должен болеть только своим ремеслом.