– Я тоже, – отозвался Кондратьев. Таранов встал, налил воды из-под крана в чайник с синей потрескавшейся эмалью и поставил его на газ… водку закрыл пробкой и отодвинул в сторону.

– Рассказывай, Председатель, – сказал он. Свой рассказ полковник Кондратьев закончил час спустя. Давно догорел закат, на Москву опустилась ночь.

– Ну вот, – подвел итог полковник. – Теперь ты знаешь все или почти все. Генерала мы, конечно, из МВД вышвырнем. Кончилась его карьерка… А вот господина советника-координатора ты, Иван Сергеич, фактически спас. Теперь его ужучить нечем. Вот если бы мы пропустили тот груз на Запад… тогда – да. Тогда Гаврюшенко ушел бы не просто в отставку, а на этап. И господин советник вылетел бы из правительства с громким скандалом. Невзирая на его «вес».

– Спас, говоришь? – спросил Иван.

– Не обессудь, Иван, но, фактически, ты их спас. И что теперь делать – я просто не знаю.

Кондратьев сделал глоток остывшего чаю.

– Я знаю, – сказал Таранов.

– Иван Сергеич!

– Мне будет нужна вся информация на этого советника. В первую очередь – маршруты перемещения, номера автомобилей и так далее.

– Не дури, Иван, – сказал Кондратьев. – Я допускаю, что ты достанешь генерала. Но покушение на члена правительства! Это совершенно нереально. Он ездит на бронированной тачке в сопровождении охраны. Настоящей охраны, а не каких-то быков.

Таранов молчал. Кондратьев вытащил из кармана упаковку таблеток, вылущил одну и проглотил, запил чаем.

– Не дури, не дури, Иван, – продолжил полковник. – Лучше забудь об этом. Даже если у тебя получится… что представляется совершенно нереальным делом… но даже если у тебя все-таки что-то получится, то не станет ли «злодейски» убитый Стрельцов героем? Он ведь у нас один из главных «борцов с наркомафией». Соответственно, его смерть будет объявлена местью наркомафии… об этом ты подумал?

– Нет, – сказал Таранов.

– Ну вот! Физическое уничтожение Стрельцова – не эффективный ход. Тем более что не один он такой… В ельцинскую эпоху этих Стрельцовых развелось – тьма! Всех не перестреляешь.

– А я не про всех говорю. Я – про конкретного Илью Семеновича Стрельцова. Мне нужны его маршруты, распорядок дня, адреса.

– Забудь, – жестко ответил Кондратьев. Встал и, не прощаясь, ушел.

Не вопрос. Есть чистый эксклюзив – белокурый ангелочек десяти лет.

Москва сияла огнями, витринами, хромированными радиаторами, эполетами швейцаров в дверях кабаков. Москва скупала краденое и презирала всех, кто не умеет украсть. Москва кидала и разводила, шуршала баксами, хороводила вокруг круглосуточных банкоматов. Глотала виагру и экстази, запивала шампанским… Зажигай! Шоу – без остановки. Шоу – он лайн. Горячее, горячее! Зазеркалье и зас-теколье. Подайте грязного, мерзкого, извращенного… выверните бельишко! Подайте орально-анального… садо-мазо… педо! Зоо! Некро! Подайте нам «звезд» без трусов. С сиськами наружу. И собачьи бои! И бои без правил! И мужской стриптиз! С белыми самцами… с черными… с мулатами! И отдельный кабинет, где самец будет лизать клитор холеной бизнес-леди… Лижи, самец, лижи!

Москва – звонят колокола! Город-притон, город-макдоналдс, город-чиновник, город-банкир, сутенер, сифилитик и наркоман. Город – Поле чудес… Кто хочет стать миллионером?… Город – Слабое звено, Русская рулетка и Последний герой. Город – Моя семья. Большой куш и Большая стирка… Окна… Дежурная часть… Дорожный патруль… Алла, Филя и Кристинка… Ваш Боря Моисеев!.