— Уж очень он доверчив, этот полковник, — заметил Рамон. — Отдает свою революцию, или по меньшей мере, человека, от которого она зависит, полностью в твои руки.

— Доверчив, как бы не так. Я же говорил, у них в руках Норма. У меня нет выбора, да и интересы наши, по сути дела, совпадают. Ему приходится идти на некоторый риск, чтобы избавиться от Эрнимана, и меня направили сюда именно за этим. Даже если бы я решился пожертвовать девушкой, зачем мне его обманывать? Чего я этим добьюсь?

— Ладно, — подвел черту Рамон и бросил взгляд на приборную доску. — Но если ты намереваешься сегодня проделать весь путь до Кабо Сан Лукаса, тебе не помешает запастись бензином. Впереди имеется небольшой городок, именуемый Кьюдад Конститусьон...

На заправку ушло некоторое время, поскольку единственную в городе станцию окружали машины и нам пришлось выстоять очередь. Я уплатил достаточно приличную сумму, поскольку бак у моего фургона вместительный, а лучший мексиканский бензин стоит около трех песо за литр, то есть почти доллар за галлон. Когда я вернулся к фургону, Рамон как раз забирался на переднее сидение.

— Давай подождем Амадо, — сказал он. — Я отправил его в магазин напротив купить немного пива.

— Надеюсь, он купит и на мою долю.

— Разумеется, амиго.

Вскоре появился наш приятель горилла и просунул в окно пару банок. После чего мы вновь двинулись в путь. «Тойота» следовала за нами. Я задумался, как им удается ее чинить. Единственной японской фирмой, представительства которой я встречал в Мексике, была «Датсун».

Я неспешно потягивал пиво, хотя в такую рань предпочитаю кофе. Второй рукой небрежно придерживал руль. Окружающие город неухоженные фермы опять сменились поросшей кактусами пустыней. На всей бесконечной дороге под ослепительно голубым небом не было заметно никого, кроме двух наших массивных автомобилей. Амадо вел пикап в сотне ярдов за нами. Рамон пригубил свое пиво. Я до упора нажал на тормоза, и инерция бросила его на лобовое стекло.

К тому времени, когда фургон полностью остановился, я уже успел достать револьвер. Затем быстро взвел курок и направил оружие ему в бок.

— Держи свои руки на виду, сукин сын, — приказал я. — А теперь подождем твою шестерку.

Неподалеку от фургона послышались шаги. Что-то холодное прикоснулось к моему затылку.

— Бросьте оружие, сеньор, — проговорил Амадо в открытое окно. — Бросьте, не то я буду стрелять.

— Это автомат, — сообщил Рамон. — Достаточно одного моего слова и от твоей головы не останется ровным счетом ничего. Так что отдай мне свой маленький револьвер.

Я одарил его улыбкой и еще крепче прижал «смит-и-вессон» к его боку.

— Еще один аргентинский автомат вроде тех, что мы видели сегодня утром? Девятимиллиметровый пистолетный патрон «люгер-парабеллум», штук тридцать в обойме, правильно? Мозгам от них не поздоровится, не так ли? Рамон, ты глупец. Интересно, как долго ты надеешься прожить после того, как он нажмет на спуск?

Рамон прошелся языком по губам.

— Ты блефуешь. Не станешь же ты умирать, чтобы...

— Проклятие, ты уже второй день пытаешься меня убить, — хрипло заметил я. — Так я по крайней мере прихвачу тебя с собой. Ну же, давай. Прикажи ему стрелять. Кстати, тебе приходилось видеть, что делают с человеком автоматные пули? Они сотрясают его, не так ли? А знаешь, какое усилие требуется, чтобы нажать на спуск этого револьвера во взведенном состоянии? Какие-то два фунта.