– Чайки всегда нападают на Проводников. Они терпеть нас не могут.

– Видимо, потому, что однажды их подвел Хранитель, который служил хану, вместо того чтобы служить народу, – напомнила я. – Разве не должен был Хранитель заботиться о детях-сиротах? Где это видано, чтобы ангелы причиняли людям вред?

– Какие ангелы? – не понял Иоко.

– Никакие. – Всмотревшись в летающих над головой птиц, я добавила: – Они же просто дети. Им всего лишь нужна еда и забота.

Я направилась к уцелевшей каменной площадке – нескольким рядам каменных плит, к которым вела пара ступенек, – достала из рюкзака остатки сухарей, пачку печенья и щедро раскрошила все на камни.

– Их просто надо накормить. В моем мире кормят даже птиц, не то что детей, – пояснила я. – И разве мы не должны быть милосердными? Разве не это должны делать Хранители – напоминать о милосердии?

Иоко посмотрел на меня с таким странным выражением, что я попятилась.

А чайки тем временем, увидев угощение на камнях, снова принялись кричать, махать крыльями и кружить над каменной площадкой.

– Это вам. Еда. Спускайтесь и ешьте, – устало сказала я и отошла немного, чтобы не мешать птицам.

И тогда чайки перестали кричать. Они опустились на каменную площадку – огромное множество птиц, для которых мои сухари и печенье были лишь жалкими крохами, – и принялись клевать. Они не ссорились, что довольно странно для чаек, и не отбирали еду друг у друга.

Наступила такая тишина, что я невольно оглянулась, отыскивая взглядом друзей. Иоко подошел ко мне, его Посох превратился в обычную палку, а сам он выглядел так, словно только что нашел какую-то совершенно потрясающую вещь и теперь не знает, что с ней делать.

Мы немного отступили – все, кроме Иоко. Он поднял Посох, слегка тряхнул им, и на птицу упал тонкий голубоватый луч.

Воздух дрогнул, посыпались искры, и птица вдруг обернулась высоким мальчишкой с длинными лохматыми волосами, в рваной рубашке и обтрепанных, точно как у Ханта, штанах.

Мальчишка остановился, нагло улыбнулся, словно приветствуя нас, поднял руки и заговорил:

– Если бы я не захотел стать человеком, ты бы не провернул такой фокус, Проводник. Что, ведешь новую девочку к Хозяину? Выслуживаешься?

– Я уже не Проводник, – тихо ответил ему Иоко.

– Тогда кто ты такой?

– Хранитель.

– Много у нас тут было Хранителей, поганых Чародеев, что служили ханам. Кому служишь?

– Людям.

– Что-то незаметно. Если бы вот она, – мальчишка кивнул в мою сторону, – не пожалела нас, ты поубивал бы почти всех.

– Я не убил ни одного, если ты не заметил, а мог бы. Надеюсь, ты не сомневаешься в силе моего Посоха?

– Ни капли, поэтому и говорю с тобой. Твоя Спутница вспомнила древние обязанности Хранителей. Значит, для вас не все потеряно. Значит, если вам нужна помощь, поможем. Говорите, что хотите найти тут?

– Нам нужна Миес. Ты должен ее знать.

– Кто же не знает Миес! Замечательная девчонка, в отличие от Проводников. – Мальчишка задрал голову и оглядел нас. – Клянусь Ходящим по волнам, такой компании я еще сроду не встречал. Где это видано, чтобы Проводники ходили вместе с призраками? Вы что, значит, одна команда?

– Да, мы вместе, – коротко ответил Иоко.

– Интересненькое дело, – мальчишка расплылся в улыбке, подмигнул Ханту, и я подумала, что эти двое очень похожи – темноволосые, лохматые, веснушчатые. Только у мальчика-чайки был крупный нос картошкой и пухлые губы, что делало его лицо добродушным и мягким, а у Ханта в лице сквозила злость, даже его остренький носик казался злым.