В конце концов, это же он притащил меня в этот мир, вот пусть теперь и старается.

Призракам дождь был по душе, потому что капли проходили сквозь их тела и это выглядело и странно, и смешно. Они тут же стали как бы полупрозрачными – вроде люди, но в то же время сквозь них видно было, как хлещет дождь. Создавалось впечатление, будто вода обретает форму их тел, и это было настолько удивительно, что я какое-то время пялилась на них, как завороженная.

Так же внезапно, как и начался, дождь прекратился. Раз – и тишина, слышно только хлюпанье моих кедов по лужам. Иоко шел бесшумно, он умел передвигаться без единого звука. С плаща быстро сбежала вода, Иоко же просто тряхнул мокрой головой, и во все стороны полетели брызги с его волос. Он спросил, не замерзла ли я, и опять бодро зашагал вперед.

Мы двигались быстро. Призраки прыгали и веселились, Иоко хмуро поглядывал на них, но не ругался, видимо потому, что впереди уже различался просвет в деревьях. Лес редел, ветви над головой расходились, пропуская приветливый лунный свет, и я могла даже рассмотреть ступени в конце моста.

Мы миновали еще один этап долгого пути, и это пугало меня и одновременно радовало. Все-таки выбрались целыми и невредимыми.

Спускались мы долго. Лука уже не считал ступеней, лишь весело прыгал по ним. Хант, решив скатиться по перилам, рухнул куда-то вниз, пропал, не долетев до земли, и тут же снова появился на лестнице впереди нас, радостно улыбаясь, подпрыгнул и снова забрался на перила.

Эви, по-прежнему державшаяся рядом со мной, лишь покачала головой. Иоко промолчал. Он больше не обращал внимания на проделки Ханта.

Едва мы ступили на синюю каменную дорогу, Эви остановила меня и тихо проговорила:

– На этом мосту тоже есть надпись. Тебе надо прочесть ее. Нужно только спуститься под мост.

– Ну да, к червям, – сердито произнес Лука.

– Она же Отмеченная, черви ее не тронут, – убежденно возразила Эви.

Я лишь взглянула на нее, поморщилась и покачала головой.

– Хватит с меня приключений. Я еще после дома Валеса в себя не пришла, – возразила я.

– У тебя есть Посох, – вступил в разговор Иоко, – он отгонит червей. Да и Эви поможет, ее эти твари боятся. Черви не любят призраков.

– Ты считаешь, мне надо что-то искать под мостом? – не поняла я.

– Давай вместе, – сказал Иоко и поинтересовался у Эви, откуда она знает про надпись.

– Я слышала от надсмотрщиков. Они говорили, будто хранители-Чародеи написали какое-то заклятье под мостом и скрыли его от посторонних глаз. Надсмотрщики говорили, будто заклятье – это магическая надпись и имеет важное значение. Они думали, что речь идет о сокровищах. Ну, вроде бы она указывает путь к ним.

– Только сокровищ мне и не хватало, – тут же возразила я, – зачем они мне?

– Это не сокровища. Ты же рисуешь надписи. Вот и мост нарисуешь, и то, что написано.

– Ну, не знаю… – усомнилась я.

У меня не было ни малейшего желания лазить по траве, где кишат мерзкие твари. Наоборот, хотелось уйти отсюда как можно быстрее – вперед, по синей дороге.

– Пошли, – решительно приказал Иоко.

Он перевернул посох, и тот засиял, словно в нем зажглись крохотные синие лампочки, и на концах выдвинулись клинки. Иоко провел лезвиями по траве. Раз, другой, третий. Разрубленные куски червей полетели в разные стороны, невысокая трава нервно зашелестела, заколыхалась, словно морская волна, – и образовалась неширокая тропинка, по которой Проводник прошагал уверенно и спокойно.

Ладно, пришлось идти за ним.