Они прошли первый блок, затем начали потихонечку бежать. Любой бы, кто за ними наблюдал, счел Дарси более быстрым, легким бегуном. Она была на добрых шесть дюймов выше, чем Ванесса, с широкими плечами и длинными ногами, в то время как Ванесса худенькая и золотоволосая. Но Ванесса была гораздо выносливее ее.

– Итак, как там поживают дети? – спросила Дарси, когда они повернули с главной дороги на боковую улочку.

– Не слишком удачный день. Один из моих пациентов с ЦФ в плохом состоянии. – Джордану Уилли не стало лучше, несмотря на антибиотики. Прошла почти неделя, и она ожидала к этому времени заметить улучшение. – И мы нашли слабительные в плюшевом медвежонке одного из пациентов с анорексией.

– Ты шутишь! – Дарси улыбнулась, и Ванесса сама не удержалась от смеха.

– В самом деле. А я-то не могла понять, почему она совершенно не набирает веса. Дети так быстро соображают, из чего могут извлечь пользу.

В молчании они пробежали еще один блок.

– Кстати, – Дарси уже начинала сбавлять скорость, – я, кажется, нашла, как получить федеральное финансирование твоей подростковой программы.

– Правда? – Ванесса посмотрела на Дарси, боясь слишком воспрянуть духом.

– Угу. Ты слыхала об Уолтере Паттерсоне? Сенаторе из Пенсильвании? – Дарси выдавливала слова в перерывах между учащенным дыханием.

«Уолтер Паттерсон. Имя смутно знакомое».

– Я не уверена.

– Тебе нужно с ним связаться. Тебе и всем твоим сотрудникам. Он фанатик программ, которые помогают жертвам, и он всегда находит официальные источники спонсирования программ помощи женщинам и детям. Он мог бы замолвить за тебя словечко, по крайней мере, указать, к кому обращаться. Но я думаю, тебе нужно привлечь к этому всех. Знаешь, сделай из этого большое дело.

Ванесса сразу не ответила. Она думала о своей сети – этой неформальной группе врачей и медицинского обслуживающего персонала, которых она созвала со всех окрестностей, когда начала работать в «Ласистере». Они нашли общие интересы в сфере случаев насилия над подростками, а Ванесса была их неоспоримым центром притяжения. Она понимала, что ее подростковая программа – не единственная, средства на которую были урезаны. Программа Терри Руз в Сакраменто тоже под угрозой закрытия, а совершенно новый проект в Чикаго уже полностью закрыт. Дарси права – ей нужно привлечь всю сеть. Следует прощупать этого парня Паттерсона, а потом мобилизовать все силы, чтобы со всех концов страны к нему бы стали обращаться.

– Федеральный бюджет так мал, – наконец сказала Ванесса.

– Он и в прошлом году был невелик, когда моя сестра получила деньги на программу адаптации после изнасилования в Филадельфии. И именно Уолтер Паттерсон раздобыл деньги для нее.

– Действительно?

– Действительно. Моя сестра позвонила ему и привела статистику, со сколькими женщинами она в контакте и так далее, заполнила целую груду официальных бумаг и, в конце концов, получила то, что ей нужно.

Дарси прекратила бег и остановилась, чтобы перевести дыхание, в то время как Ванесса продолжала бежать на месте. Для Дарси было не характерно давать такую высокую оценку представителю мужского пола. Она всегда ко всему подходила критически – даже слишком критично – даже к собственному мужу. Паттерсон, должно быть, святой.

Ванесса снова побежала, наполненная энергией нового проблеска надежды, и Дарси догнала ее, когда они пересекали улицу. Длинная каменная стена кладбища материализовалась рядом с ними из темноты, а ветки кленов, с которых уже опали листья, почти доставали до их голов.

– Итак, все, что мне нужно сделать, это позвонить этому парню и очаровать его, чтобы он раскошелился? – спросила Ванесса.