…Граф Толстой в течение двух лет работает над своим большим романом „Хождение по мукам“. Им написан сверх того ряд маленьких рассказов, хорошо известных читателям „ПН“… Продолжает работать 84-летний Боборыкин.

Неужели все? Да, кажется. Драматическое искусство — по понятным причинам — было в еще большем загоне.

Новых беллетристов в 1920 году не обнаружено.

Писатели, обосновавшиеся за границей, создавали толстые и тоненькие журналы, еженедельные и ежемесячные, литературно-политические и чисто политические. Недавно прочно основан имеющий большие шансы на исключительный успех толстый журнал „Современные записки“, первая книга которого — очень интересная — вышла в начале декабря…

Обращают на себя внимание главы из названного романа графа Алексея Толстого, воспоминания Владимира Зензинова „Русское устье“ и Тихона Полнера „О Толстом“. Марк Вишняк начал публикацию капитального труда „На родину“…»

Бунин перебил:

— Вы, сударь, что, полностью перечисляете содержание тома?

— Нет, хочу еще назвать статью Льва Шестова «Откровения смерти» — это, если помните, о последних произведениях Льва Николаевича да о стихах Крандиевской и Амари. Все!

— А почему умолчали о стихах Цветаевой? Или Бальмонта?

— Потому что Цетлин, так сказать, ну, учредитель все-таки журнала… А всех перечислять смешно.

Бунин расхохотался:

— Как в старинной песенке на Орловщине поют: «Станешь дарить — станем хвалить, не станешь дарить — будем хулить!» — И серьезно: — Конечно, всех перечислять не след. Но если у Саши Койранского нет денег не только на учреждение журнала, но и на новые штиблеты, значит, он не имеет права на упоминание?

— Значит?..

— Правильно, разумнее никого поименно не называть. Тем более у вас ведь не обзор «Современных записок», а анализ всей литературы русского зарубежья!

— Охотно соглашаюсь! — Алданов сделал очередные пометы в рукописи. — Читаю дальше. «Издаются в Париже и два детских журнала — „Зеленая палочка“ и „Дети — детям“. Русское издательское дело за границей сделало в 1920 году огромные успехи. Создалось в Париже два новых больших предприятия — книгоиздательство Земскогородского объединения, подготовившее по выбору и под редакцией академика И. А. Бунина двенадцать томов серии „Русские писатели“, а также в Берлине — книгоиздательство „Слово“… Для издания новых книг русских писателей в Париже созданы еще два издательства — „Русская земля“ и „Север“.

Из предприятий, организованных раньше, парижское издательство Поволоцкого выпустило несколько роскошных книг, в том числе политического содержания.

Итак, жизнь 1920 года не отражалась в русской художественной литературе (за исключением романа А. Н. Толстого). В этом отношении 1920 год мало отличается от 1793-го». Все! — Алданов вопрошающе смотрел на мэтра.

Бунин кивком одобрил творение молодого товарища.

…Второго января 1921 года обзор появился в «Последних новостях». Успех был громким.

Россияне обживали место, через которое текла речка по названию Сена. Бедность была всеобщей, но как-то получилось, что русские селились в лучших районах Парижа. В дырявых карманах порой нельзя было найти и сантима, но они умудрялись давать самые щедрые «пурбуар» — чаевые. Месяцами сидели на той самой «пище святого Антония», про которую еще напишет Бунин, но порой закатывали такой пир где-нибудь у Кузьмичева или в «Медведе», что нервные французы только недоуменно пожимали плечами:

— Ну и славяне! На что гуляют?

На что гуляли — сами не знали.