– Черт с ним, дотерплю до отеля, – проворчал он. – Надеюсь, там-то почище.

– Мы забронировали номера в «Таджикистане». Это лучший наш отель, интуристовский, – пояснил смущенный Малик. – Давайте я вас провожу в VIP-зал, у меня там бывший коллега работает.

– Ладно, поехали. А чем вы раньше занимались?

– В МВД служил.

– Ну да, все начальники СБ из бывших… А этот Хайратов?

– Он из госбезопасности. Полковник.

– Ну тогда понятно. Поехали! – сказал Петр Ильич, подходя к ожидавшим его партнерам.

В зале ожидания гости обратили внимание на группы крестьян, сидевших на узлах и мешках.

– А эти-то зачем здесь? – удивился Козырев.

– Это основные пассажиры нашего аэропорта. Они ждут «кукурузников» и вертолетов. Только на них можно добраться в горы, – ответил Салим.

– Ну тогда понятно, почему ваши автоматы простаивают, – показал Петр Ильич на несколько безжизненных «одноруких бандитов» в углу зала. – Они небось все деньги на дорогу тратят, и им не до игры.

– Это не наши автоматы, а разорившихся конкурентов, – возразил Малик. – Они вовсю работали, пока рейсы в Россию не сократились. А потом аренда стала дороже выручки, вот их и бросили здесь. Видите, с них уже поснимали все, что блестит.

И вправду, когда-то сиявшие хромом и лаком монстры являли собой жалкое зрелище, словно замершие навсегда машины марсиан из «Войны миров» Уэллса…

Они вышли на площадь. Она, вопреки ожиданиям приезжих, не была сплошь уставлена автомобилями, как в Москве. Зато всевозможных ларьков и палаток было бесчисленное множество. Особо выделялся ряд торговцев, сидящих на складных стульчиках над расстеленными на асфальте газетами, усыпанными горстками винтов, бельевых прищепок и… разнокалиберных крышечек для заварных чайников, самого ходового в традиционно чайной стране бьющегося товара – это местные русские распродавали свое последнее достояние… Возле ларьков стояли ручные тележки, велосипеды с прицепами, а кое-где даже ослики – такой вот столичный транспорт. И среди них, как корабли инопланетян, выделялись белый «шестисотый» и черный «джип» сопровождения – классический вариант крутого выезда «новых» во всех странах СНГ.

Гости и Салим сели в «мерседес», а Малик присоединился к своим подчиненным в «джипе». Следом за ними серой тенью скользнула «Волга» товарища Хайратова…

– Слушай, а ведь раньше тут троллейбус ходил, – вспомнил Машков, – а теперь даже проводов нет.

– Троллейбусы поломались, – вздохнул Салим. – Провода сняли и в Китай отправили.

– И автобусов не видать что-то. Как же люди ездят на работу?

– Работы-то и нет особой. Да и город наш не такой уж большой, не то что ваша Москва. Вот где жизнь… – еще раз, теперь уже мечтательно, вздохнул Салим. – А так – ходят микроавтобусы. «Газели», в основном.

В подтверждение по осевой линии дороги протарахтело нечто отдаленно напоминающее юркую московскую маршрутку. На ее лобовом стекле висела бумажка, на которой от руки было написано «Вокзал – Аэропорт». Двери у микроавтобуса отсутствовали, и сквозь проем было видно, что машина под завязку забита пассажирами, которые не только сидели на скамьях вдоль бортов, но и стояли, согнувшись в три погибели, в тесном проходе. На крыше «Газели» в дощатом коробе багажника горой дыбились узлы и мешки.

«Туда бы посадить еще человек пять в чалмах, и был бы полный Афганистан…» – подумал Петр Ильич, не раз видевший по телевизору нечто подобное и удивлявшийся, как не опрокидывается машина и не слетают сверху люди на разбитых афганских дорогах.