Так. Приехали. Эта дрянь реагирует на движение. Глазами, или еще каким-то образом — это неважно. Главное — она реагирует на движение.

А это значит, что я в полной заднице. Потому что я так и не успел выпрямить согнутую ногу и все еще наполовину держу вес тела на ней, что означает, что буквально через несколько минут мышцы начнут гореть огнем, а еще через несколько — откажутся работать и их заклинит в судороге… Я не технобиот, я не могу стоять часами в одной позе без движения.

А это значит, что планы резко меняются. Из них выпадают этапы «найти гранатомет», «вжарить по твари», «спасти выживших». Все их заменяет новый пункт — «остаться в живых».

Совершенно очевидно, что я не смогу стоять в такой позе вечно. Даже долго — не смогу. Максимум десять минут — и нога подломится, сведенная судорогой, и я в лучше случае успею удержать равновесие, в худшем — просто рухну, как подрубленный. И тот и другой вариант очень плохо кончится для меня, но зато будет на радость биоту.

Как ни крути, у меня нет варианта разойтись с тварью прямо сейчас. Что бы я ни сделал — он кинется. Как бы ни шевельнулся — он кинется. С его скоростью перемещения я даже не успею скрыться обратно за углом — у меня такой скорости нет. Значит, мне придется принимать бой прямо сейчас. Как есть. С двумя автоматами, несколькими магазинами и ножом на поясе. Ах да, еще же граната есть, трофейная, чуть не забыл про нее… Да толку от нее тут, если биота действительно даже кумулятивы не берут!

Нога уже начала затекать и подрагивать — дальше тянуть нельзя. Еще минута — и ее действительно сведет, и я лишусь возможности маневрировать. А этого допустить никак нельзя, это прямой путь в могилу в моей ситуации. Маневрирование это единственное, что может меня спасти, потому что огневой мощи у меня явно недостаточно. А значит, первый этап плана — это попробовать укрыться от биота в ближайшем здании.

Что ж… Поехали.

Я толкнулся ногой от асфальта, одновременно выжимая спуск и отправляя короткую очередь в три патрона в морду биота! Даже не глядя, попал или нет, развернулся на месте, используя инерцию толчка, перехватил автомат поудобнее для бега и втопил прочь, что есть мочи!

Грохот, скрежет металла и тонкий пронзительный визг за спиной ясно дали понять, что биот ломанулся за мной!

Я скользнул взглядом по ближайшим домам — везде двери были закрыты, и проверять, на замок или просто прикрыты, времени не было! Окна первых этажей, а где-то и вторых тоже были забраны решетками, и о том, чтобы впрыгнуть в них, речи не шло тем более!

А грохот за спиной уже не просто приближался — он настигал меня!

А, к черту!

Я вскинул автомат и дал короткую очередь в самую хлипкую на вид дверь, которая попалась на пути — прямо в район замочной скважины. За метр от двери прыгнул, разворачиваясь спиной вперед, и вскидывая автомат повторно — уже в сторону настигающего биота!

Тонко жужжащие боры и фрезы рассекли воздух в сантиметре от подошвы ботинок, и я выжал спуск, никуда особо не целясь — на таком расстоянии целиться просто нет нужды!

Автомат прощелкал короткой очередью, приглушенной длинным ПБС, и, чуть не прострелив себе стопы, я врезался спиной в дверь!

Что-то хрустнуло — то ли спина, то ли полотно, — но дверь распахнулась, и я влетел внутрь здания в ореоле мелких щепок и обломков!

Упал на спину, неловко перекатился через второй автомат, уперевшийся в позвоночник, ударился бедром о стену узкого коридора, выкатился со спины на одно колено и тут же вскинул автомат к щеке, направляя его в дверной проем.