– Он хочет знать, что будешь делать ты, – сообщил Хоук.

– Я постараюсь выкрасть Сюзан и, если удача мне улыбнется, отвалить, – признался я. – В этом случае Хоук тоже отвалит. – Я смотрел на Кая. – И вы останетесь сами по себе.

Хоук снова принялся переводить. Кай снова закивал. Он молча смотрел на меня, медленно и глубоко затягиваясь сигаретой, и долго долго, прежде чем выпустить дым через ноздри, удерживал его в легких. Затем он снова заговорил.

– Он хочет знать, зачем тебе все это. Почему просто не пригласить иммиграционные службы и не указать на группу нелегалов?

– Я не делаю этого, потому что мне нужен хаос в лагере. Если приедут иммиграционные власти, все пройдет тихо мирно, и Рассел благополучно улизнет со Сюзан.

Хоук перевел. Кай кивнул.

– Еще я могу попытаться поговорить о них с Айвзом, – сказал я. – Может быть, существует какое нибудь вьетнамское подполье, где они смогут исчезнуть.

Хоук перевел. Кай пожал плечами.

– Но обещать ничего не могу, – добавил я. – И не стану верить Айвзу на слово.

Хоук перевел. Кай усмехнулся и кивнул.

– Ему нравится, что ты никому не доверяешь, а он не доверяет тебе, – промолвил Хоук.

– В недоверии много отрицательных моментов, – сказал я.

– Они к ним привыкли, – откликнулся Хоук.

Кай что то сказал окружавшим нас людям.

Раздалось ворчание, а потом резкое стаккато вьетнамской речи. Я взглянул на Хоука. Тот пожал плечами:

– Чересчур быстро. Я не понимаю, о чем они говорят.

Кай снова повернулся лицом ко мне, внимательно посмотрел в мои глаза, одновременно доставая из за пояса пачку «Кэмела» и прикуривая новую сигарету от окурка старой. Он глубоко затянулся и долго долго удерживал дым в легких. Долго долго. И смотрел на меня. Дым медленно просачивался сквозь его ноздри.

Потом он резко кивнул.

– Да, – произнес Кай по английски.

– Отлично, – сказал я. – Необходимо все четко спланировать.

– Мы уже спланировали, – ввернул Хоук. – Недавно.

– Мы возьмем на себя арсенал, – сказал я.

– Ага. У них есть бензин. Собирали, воровали по кварте и прятали.

– То есть план нападения не стал для них необычайно свежей идеей, – сказал я.

– Нет.

Прежде чем совещание закончилось, мои ноги окончательно затекли. Кай все говорил и говорил, Хоук переводил, я отвечал, предлагал. Но еще до заката мы все знали, что будем делать. И когда.

Глава 35

Ночной сторож в «транспеновском» арсенале – блондин по фамилии Шленкер – по английски говорил с немецким акцентом. Во время чтения он носил очки без оправы и сейчас сидел, положив ноги на стойку, просматривая какую то книгу на немецком. Как раз в этот момент я и стукнул его пониже уха правительственным кастетом, которым меня снабдил Айвз. Шленкер соскользнул со стула, и очки, когда он рухнул на пол, свалились с его носа.

Я присел рядом с ним на корточки и выудил из правого кармана его штанов связку ключей.

Затем открыл дверь в арсенал, и в ночной тишине взвыла сирена.

За моей спиной Хоук что то сказал по вьетнамски. Азиаты один за другим просачивались в хранилище. Каждый брал карабин «М 16», запасную обойму и выходил обратно. Каждый четвертый прихватывал коробку патронов.

Кай стоял рядом с Хоуком и что то тихо втолковывал своим вьетнамцам. Хоук обратился к нему по французски. Кай кивнул.

Сирена продолжала завывать, и несколько прожекторов заметалось по пространству лагеря. Я вылетел головой вперед через боковое окно, приземлился, перекатился, встал на ноги.