Но Джема не могла предполагать коварства мачехи. Стопки с портретами не стало, когда девушка вернулась на следующее утро из ванной. Между книгами, куда она вчера ее заложила, оказалось пусто. Разорванные в клочки листы бумаги Джема обнаружила в мусорном ведре в кухне. Повариха Нина только пожала плечами, а Яна вздохнула:

– В твою мачеху словно бес вселился, точно тебе говорю.

Девушка вернулась в комнату и достала из-под подушки последний оставшийся в целости портрет. Она положила его туда на ночь, чтобы ощущать присутствие Вити. Сейчас Джема понимала, что правильно сделала. Иначе лишилась бы единственного, что напоминало ей о нем.

Она не сказала ни слова, даже не подала вида, что расстроена, когда Роза отвезла ее в частную клинику на прием к врачу. «Война так война», – стиснула зубы Джема.

Доктор так и не смог точно сказать, что было со здоровьем девушки: выписал справку и просто развел руками. Больше ничего ей и не было нужно. Она собиралась вернуться на учебу, чтобы не находиться круглые сутки дома – ей порядком надоело заточение в этой тюрьме.

После обеда внезапно раздался звонок в дверь.

– Это к тебе! – удивилась мачеха.

Джема распахнула дверь. Это был первый приятный визит за прошедшую неделю.

– Ксюха! – Она распахнула объятия для старой подруги.

Ксения сделала шаг и крепко ее обняла. Они прижались друг к другу и долго не хотели отпускать.

– Ксюшенька, – с вежливой улыбочкой выплыла в коридор тетя Роза. Поцеловала ее в обе щеки. – Хорошо, что ты пришла навестить Джему. Знаешь, она без тебя совсем не своя.

И бросила взгляд с ехидным прищуром на падчерицу.

– Мы наверстаем, – пообещала Ксюша.

– Ты проходи, располагайся, – превратилась в радушную хозяйку мачеха. – Распоряжусь, чтобы вам подали чай с пирожными.

– Пойдем ко мне в комнату, – сдержанно сказала Джема.

Она знала, что такой расклад не придется Розе по душе.

– Идем! – согласилась Ксюша.

И они взбежали вверх по лестнице и закрыли за собой дверь.

– Садись! – придвинула стул Джема.

– Столько всего нужно тебе рассказать! – Глаза Ксюши загорелись.

Дочь мэра села на кровать и прошептала:

– В этом доме теперь можно общаться только на языке глухонемых.

Девушкам пришлось разговаривать шепотом. Они включили музыку и стали рассказывать друг другу о том, как жили все время после их ссоры. Оказывается, Ксюша влюбилась в собственного водителя, в того симпатичного парня, который возил ее в академию. И ситуация между ними сложилась непростая: он – бедный парень, она – дочь влиятельного человека.

– Всё как под копирку, как у нас с Витей. Только… у нас все еще сложнее, – прошептала Джема, наклоняясь к уху подругу. – Будь он просто нищим, отец его просто унизил бы и пригрозил не приближаться ко мне. Но если он увидит моего парня… папу просто порвет на мелкие кусочки!

– Почему?

– Он, – Джема приставила ладошки к уху подруги, – темнокожий.

– Что? – взвизгнула, отстраняясь, подруга. – Ой, прости… – Она вытаращила на Джему глаза. – Не может быть… Это так… круто!

Они обернулись на стук в дверь.

Вошла Яна с подносом:

– Чай, пирожные.