– Точно. Кем бы он ни был в их глазах, преступником или свидетелем. Если он намеревался избавиться от меня, я заодно укрыться от гнева закона, то поступил как глупый скворец. А я не принимаю его за скворца. Нет, малышка Элен, Левиберг слишком осторожен, чтобы действовать опрометчиво. И, к тому же, у него нет причины... Он пытался избежать скандала. Подумайте о его положении в обществе. Пусть между нами и пробежала кошка! Но у нас просто несовместимость характеров. Если бы он действительно был зол на меня, если бы я ему мешал, он в худшем случае, может, и убил бы меня или поручил меня убрать, но никогда не стал бы устраивать столь зрелищной комедии.

– Действительно, к чему была вся эта комедия? Почему вас просто не убили?

– Вы сожалеете?

– Не говорите чепухи.

– А вы ее не повторяйте. Частный сыщик – это все-таки сыщик и, в глазах многих людей, полицейский. Отнюдь этим не горжусь, но это так. А за убийство фараона приходится платить.

– В то время, как убийство Марион...

– Это разные вещи. Не заблуждайтесь на этот счет. Для меня шкура шлюхи стоит не меньше, если не больше, шкуры полицейского. Но судьи думают иначе.

– Убийц наградят, если схватят?

– Боюсь, что до этого не дойдет... Гм... Да, что-то в этой истории не сходятся концы с концами. Но я словно заново родился. Не следует от меня многого требовать. В любом случае, я придерживаюсь своего мнения относительно Левиберга.

– Потому что, после ваших признаний, полиция бросилась бы к нему?

– Да. И потому, что влипнуть в подобную затею, повторяю, навредило бы его интересам. Нетрудно это понять.

– Но улица Луны...

– Что улица Луны?

– В своих признаниях вы бы упомянули и улицу Луны?

– Очевидно.

– А разве такое упоминание не навредило бы их интересам? Даже простой обыск?

– Обыск в любом случае состоится. Полиция нравов скоро узнает, что Марион там работала. Этот вариант был предусмотрен, и вы можете туда отправиться, в этот притон, и спрашивать мадам Жозеф, если эта упомянутая беднягой Марион достойная матрона вообще существует.

Все пристойно и выглядит невинно... гм... да, скажем невинно, потому что следы заметены, так что я не испытываю ни малейшей потребности вести там розыск. Да и нельзя терять времени. Нет, Элен. Улица Луны и улица Постящихся просто несопоставимы. Первое место менее уязвимо, чем Дом Берглеви, опт, полуопт, различные ткани, пряжа и перевозки. То, что со стороны Левиберга выглядело бы глупостью, вполне могли себе позволить рыцари Луны.

– Может, вы и правы.

– Ну, конечно! Я, думаю, прав, предполагая, что люди, тайну которых я раскрыл или чуть было не раскрыл, не слишком беспокоясь о негативных последствиях, меня пытались временно устранить, одновременно пользуясь случаем, чтобы избавиться от девушки, которая слишком много знала. При аресте я бы на несколько дней застрял в тюряге, пока моя невиновность не была бы доказана. У них хватило бы времени исполнить намеченное. В ближайшие дни им понадобится полная свобода действий.

– Полиция может и ограничить эту свободу.

– Отнюдь нет. В ином случае они и действовали бы иначе. Опасаются они меня, а не полицейских. Они меня переоценивают. Черт меня побери. У меня ни малейшего представления о том, куда я влип. Да я и не жажду это узнать. Дело выглядит слишком опасным, чтобы я испытывал желание совать в него свой нос. Да мне и не платят за это.

– Желательно, чтобы ваше мнение не изменилось.

– Нет причины. Но если эту шутку сыграл со мной мой незнакомый собрат, шеф покойного Доливе, то он еще обо мне услышит.

– Кстати, я поручила Заваттеру и Ребулю, когда они передали мне свой отчет о Левиберге, заняться этим вопросом.