Самсонов и Роденко доложили об идеальном результате — шесть попаданий шестью ракетами, и Карпов пришел в приподнятое настроение.

— Это даст им понять, что нас не проведешь, — гордо сказал он.

— Прошу прощения, — сказал Федоров. — Если наши ракеты ударили так, как должны были, поразив цели в мидель, то весьма вероятно, что они не нанесли линкорам серьезных повреждений. Авианосцы, вероятно, пострадали очень сильно, «Рипалс» получил повреждения, хотя я полагаю, что он останется на плаву. Но что касается «Короля Георга V», если ракета попала в броню, это будет как хороший удар в лицо, но не более того.

— О чем вы говорите? — Сказал Орлов. — Немцы топили линкоры управляемыми бомбами, разве нет? А наши ракеты намного более смертоносны.

— При всем уважении, — Федоров знал, что стоял на тонком льду, но он должен был донести свое видение. — Вы говорите о «Фриц-Х». Да, они топили и повреждали линкоры, но сверху. Они не были предназначены для поражения главного броневого пояса, как наши ракеты при траектории движения на малой высоте над поверхностью моря. Если вы хотите нанести действительно серьезный урон тяжело бронированному кораблю, следует перепрограммировать их так, чтобы они били или намного выше в корпус, или атаковали цель сверху. При атаке на предельно малой высоте, как в этом случае, они вызовут пожар, трещины в броне, но не смогут попасть внутрь линкора, чтобы нанести серьезный урон. Эти ракеты просто не предназначены для пробития такой брони. Они были разработаны для поражения сравнительно тонкой броневой защиты современных кораблей, и это могут делать замечательно. Кроме того, мы знаем, что для того, чтобы вывести из строя современный американский эсминец, требуется, как минимум, две ракеты. На ракетный крейсер типа «Тикондерога» три, а на авианосец целых пять. Наши ракеты мощны, но требуется попадание в палубу или надстройку, а не в главный броневой пояс.

Орлов сердито посмотрел на него.

— Вы так много знаете, да? — Но слова штурмана проняли даже его толстый череп. — Самсонов, можем ли мы перепрограммировать угол атаки?

— Можем, но это займет некоторое время. И я не могу сделать это после ввода целеуказания. Еще две ракеты готовы к стрельбе, — он посмотрел на капитана.

— Не стрелять, Самсонов, — сказал Карпов. — Отключить систему и начать перепрограммирование ракет для удара сверху. Исключите маловысотную траекторию. Федоров прав. Наши «Москиты» не будут иметь нужной эффективности при маловысотной траектории. Пока противник не может видеть нас, не говоря уже о том, чтобы атаковать, и мы используем это время, чтобы настроить наше вооружение. Я хочу, чтобы системы вооружения были перенастроены как можно скорее. Доклад в четыре часа. Пока отбой боевой тревоги. Роденко, держите меня в курсе. Возможно, эта атака, по крайней мере, даст им новую пищу для размышлений.

Глава 23

Адмирал Тови все еще пребывал в состоянии шока и неверия, пытаясь вместе с Бриндом разобраться с докладами, поступавшими бурным потоком. Они изменили курс и направились на юг, чтобы собрать воедино его корабли и его способность ясно мыслить и определить, что делать. Тови внушительно покачал головой, указывая на настенную доску.

— Уэйк-Уолкер сейчас более чем в двухстах милях к северу от нас, Бринд, прямо над Рейкьявиком. Если это сделал тот вражеский корабль, то как, во имя всего в мире, его корабли могли быть атакованы? «Фьюриос» выведен из строя.