— Но что нам теперь делать?

— Как что? Отдать жемчуг Мэддену. Вы дали обещание, и теперь вам не остается ничего другого, как его выполнить.

— Да?! И потом уехать, так и не узнав, что же здесь произошло? Не знаю, как вы, но что касается меня, не уверен, что смогу это так оставить…

— «Чему суждено быть, то сбудется», — так говорил мудрый Конфуций.

— Но послушайте же, Чарли! Надо все-таки выяснить. Может, тут и в самом деле ничего не происходило, мы напридумывали сами Бог знает что…

Уже некоторое время оба напряженно прислушивались к отдаленному звуку автомобильного мотора, но вот сейчас он послышался отчетливее. Машина приближалась. Прервав разговор, оба поспешили к воротам. К ним на полной скорости подъехал чей-то автомобиль и резко затормозил. Пронзительно скрипнули тормоза.

Луна еще не взошла, было совсем темно, и все-таки Боб разглядел и знакомую машину, и выскочившую из нее знакомую фигуру, которая перепрыгнула через забор, не дав себе труда заняться воротами.

— Привет, Холли!

Тот резко обернулся.

— Ты меня здорово напугал, парень! Никак не ожидал, что меня встретят у ворот, — тяжело дыша, ответил журналист. Видно было, что он чем-то взволнован.

— Что случилось, Вилл?

— Пока не знаю, что именно, но очень беспокоюсь о Пауле.

Сердце молодого человека сжалось в тревоге.

— А что с ней?

— Она не появлялась у вас? Вы не видели ее? — вопросом на вопрос ответил журналист.

— Нет.

— Дело в том, что Паула не вернулась из своей поездки на рудник Петикоут. До него не так уж далеко, а она уехала сразу после завтрака и уже давно должна была возвратиться. Мы даже договорились вместе пообедать, а потом посмотреть фильм. Именно ей очень нужно было посмотреть его.

Боб Иден не колебался ни минуты.

— Едем, Вилл! Надо торопиться.

Из темноты вынырнул Чарли Чан. При слабом свете звезд в его руках что-то блеснуло.

— Вот мой револьвер, — сказал он, протягивая оружие Бобу. — Еще утром я достал его из чемодана, как чувствовал — пригодится. Возьмите его.

— Чарли, не возьму я ваш револьвер, тут он вам скорее понадобится.

— И тем не менее позволю себе настоятельно попросить вас — возьмите!

— Нет, Чарли, нет! Едем, Вилл!

— А жемчуг? — напомнил китаец.

— К восьми я вернусь. Сейчас главное — Паула.

Иден и журналист сели в машину. Она уже разворачивалась, когда в дверях ранчо показалась крупная фигура Мэддена.

— Эй! — крикнул он.

— Никаких «эй», — пробурчал Боб.

Журналист нажал на газ, и машина помчалась в сторону Эльдорадо.

По дороге Боб пытался расспросить журналиста о подробностях. Тот мало что мог добавить к сказанному.

— Но что могло случиться с девушкой? — настаивал Боб.

— Понятия не имею. Вообще-то этот заброшенный поселок — место довольно опасное. Никто там уже давно не живет, но мало ли кто мог найти приют. Да и дома полуразрушенные, тротуары в ямах, все поросло бурьяном, долго ли до беды…

— Скорее! Скорее же, Холли!

— Большей скорости из моего драндулета я при всем желании не могу выжать. Боб, а Мэдден явно встревожен вашим отъездом. Держу пари, колье он еще не получил?

— Вы выиграли. После нашего возвращения, незадолго до вашего приезда, опять случилось нечто такое, что заставляет задуматься.

Боб кратко рассказал об обращении к радиослушателям Нормы Фицжеральд, после которого от их версии не осталось камня на камне.