— Хотите уходить, уходите,— выслушав их, спокойно ответил Север.— Соня, отопри! — Он подождал, пока его подруга отворит замок, и заговорил снова: — Но перед этим посмотрите на тех, кто совсем недавно был вашими товарищами.— Он указал на разложенных на ступенях покойников.— Они тоже хотели вернуться… Сперва наверх, а потом обратно, сюда. Но не сумели ни того, ни другого.

— Убедительно,— насмешливо поддержала его Соня.— Кстати,— заметила она, обращаясь к бунтарям, рвения у которых после ответа Вожака заметно поубавилось,— парни так и остались при деньгах. Так что если золото — единственная ваша цель, путь свободен!

Двенадцать человек понурились и смотрели исподлобья на своих приятелей, которые не выразили желания присоединиться к ним. Как это нередко бывает, собственная, до сих пор казавшаяся верной, позиция уже не выглядела столь привлекательно, как прежде. Соня видела, что они уже рады бы остаться и только ложная гордость и стыд не позволяли им признаться в ошибке. Север так же понимал это и, как всегда, постарался помочь.

— Подумайте еще вот о чем,— сказал он.— Вас всего дюжина. Даже если вы вырветесь отсюда, на это понадобится время, может, немалое. Что бы будете делать, когда кончится вода? Гибель от жажды ничем не лучше гибели от зубов этих тварей.

— Мы наполним бурдюки вином,— хмуро ответил Холд.

— Пьяным много не навоюешь,— возразил Вожак,— и ты это знаешь не хуже меня.

— Вода все равно скоро кончится, а на вине, как ты сам сказал, мы долго не протянем. Так и так помирать, так уж лучше вырываясь на свободу! — с вызовом возразил воин.

— Вода должна отыскаться и здесь,— пожал плечами Север, словно говорил о чем-то само собой разумеющемся. Зато остальные мгновенно насторожились, тут же решив, что Вожак, как всегда, знает больше остальных.— Те, что прятались на лестнице, в тени, должны потреблять воду. Тем более она необходима крысам, которые грызут кости и своих высушенных собратьев. А судя по их количеству, воды тут должно быть в избытке.

— Что-то я пока не слышал журчания ручейка,— ехидно заметил кто-то.

— Но ведь мы только-только подошли к обитаемым местам,— пояснил Вожак.— Я думаю, они обитаемы именно потому, что вода где-то рядом.

— Во всяком случае,— поддержал его Кучу-луг,— двигаясь вперед, мы отыщем ее скорее, чем отступая.

— А драка…— начал было кто-то, но так и не договорил, поняв, что сморозил глупость.

— Клянусь Лепестком, драки нам все одно не избежать! — воскликнула Соня.

— Хочу обратить ваше внимание еще вот на что,— вновь спокойно заговорил Север.— Хозяева подземелий не умеют отпирать замки, но они умны… По своему, конечно… И они понимают, что мы сильны. Быть может, десять наших товарищей расстались с жизнями не зря. Как бы там ни было, нас опасаются. Если мы пойдем дальше, то так и останется до тех пор, пока мы не переступим некую межевую черту… Не знаю, какую, но, думаю, нам дадут это почувствовать. Если же вы решите вернуться, наши зубастые противники вполне справедливо посчитают отступление признаком слабости и не замедлят напасть. В любом случае каждый из отрядов окажется слабее нынешнего. Я предлагаю всем еще раз подумать… До утра.

На том и порешили. Никто больше ни о чем не спорил. Люди вообще почти не разговаривали друг с другом, словно разделившись на два лагеря. Выйти на поверхность хотели все. Но в тех, кто составлял больший отряд, здравый смысл оказался сильнее страха. В другой же, меньшей, группе собрались те, в ком страх выступал на первый план, заставляя принимать решение лишь на основе того, чего они больше боятся. Сперва они больше боялись остаться. Теперь, похоже, больше боятся уйти.