— У всех вес нормальный? Вася, последний шанс сбросить патроны.

— Нет. Я донесу, — упрямо проговорил Манулов. — Там каждый патрон на счету.

— Хорошо, тогда вперёд. Что бы ни произошло, не останавливаемся. Иван, замыкаешь. Я впереди. Двигаем! — скомандовал я и вышел из укрытия. Не бежал, хоть доспех и позволял не задумываться об усталости, а наоборот снизил расход батарей до среднего, так чтобы мышцы чувствовали, но не перенапрягались.

Расчёт был очень простой и, к сожалению, верный. Спрятаться от взглядов наблюдателей на открытой местности нам не удалось. Уже через три минуты дроны отметили стягивающиеся к бетонной дороге ручейки тварей. Они брели от складских и жилых кварталов. Шли по полям и просёлкам.

Пока немного. Около пятидесяти. Но если у неведомого нам кукловода и были свои планы, то вполне простые и понятные. Десяток тварей на каждого из нас. Учитывая те пеньки, что нам пришлось рубить на передовой, и с этими справится могло лишь благословлённое оружие.

— Достать мечи! — на ходу скомандовал я, и сам вынул кинжал, быстро обросший сталью и превратившийся в глефу.

Но и исковерканные твари не остались в долгу. Монстр, которого я рассчитывал срубить одним ударом, резко ускорился, пригнулся и помчался на нас со скоростью хорошего скакуна. Если бы не реакция и длина оружия, его лапы-крючья даже вцепились бы в разгрузочный жилет.

Лезвие глефы с шелестом рассекло воздух, врубилось в побеги и с небольшим усилием разделило тварь на две неровных половинки. Те, за счёт инерции, пробежали ещё несколько шагов и рухнули на дороге уже за спинами нашего отряда.

— Не стрелять, экономить патроны, — приказал я, орудуя глефой и позволяя соратникам беречь силы. Но уже через пять минут тварей сбежалось слишком много. Дроны показывали, что они стекаются к нам со всей округи. Но, что самое худшее, прут нам на встречу от осаждающей цеха толпы.

Теперь сражаться пришлось уже всем. Кого успевал, я рубил на части, обезглавливал или подсекал ноги. Остальных просто отпихивал в сторону, не позволяя замедлить движение. Ими занимались Ольга и Жанна, шедшие по бокам. Обе девушки работали мечами, но каждая в своём стиле. У Борзой молниеносные взмахи, после которых конечности отваливались, словно склеенные вязкой жижей. А у Барсовой плавные, незаметно переходящие из одного движения в другое, но неизменно разящие в голову или суставы.

Иван добивал переживших предыдущие встречи и раскидывал тварей, что умудрялись догнать нас со стороны складской зоны. У него, как и у Манулова, благословенного оружия не нашлось, так что я вручил здоровяку двуручный меч с лезвием из живого металла. Вернее, с режущей кромкой, восстанавливающейся после каждого удара.

И пока мы справлялись, вот только уже стало понятно, что это не надолго. Позади нас скопилась толпа, в несколько десятков тварей, а впереди целая армия, осаждающая крепостную стену, внутри которой находились производственные цеха. А ведь ещё непонятно, что было дальше, за стеной. Новостей от Несокрушимой я не получал.

— Всем приготовиться. Нас зажали. Снизим темп — погибнем! Что бы ни произошло, не останавливаться! Ясно? — на всякий случай напомнил я, перекидывая ружьё на грудь. — Приготовить термобар. На счёт три, по моему направляющему удару. Три, два…

Сдёрнув трубу одноразового гранатомёта с плеча, я выстрелил по заранее отмеченной дронами точке, наибольшей концентрации тварей. И огненный цветок расцвёл в густой зелени, проросшей сквозь человеческие тела. А следом за мной ударили и остальные, расширяя выжженную дорожку до нескольких десятков метров.

Кого не сожгло, раскидало в стороны. Просека быстро стягивалась, но в её конце была видна распахнутая дверь шлюза, ведущего в сборочные цеха.

— Не останавливаться! Бегом! — крикнул я, расшвыривая тварей мощными ударами.