— Хорошо, отец, спасибо за доверие, — посерьёзнев, ответил парень, и вместе с отрядом мы вышли наружу.

Толпа кабанов убралась от резиденции Борзых, стало куда тише, и даже птиц можно было расслышать. А затем я начал обращать внимание на детали. Удивительно, но количество отдыхающих и гуляющих в этом оборонительном поясе почти не изменилось, но теперь я по-другому смотрел на них.

Центральной фигурой среди групп отдыхающих всегда были мужчины. Ярко, иногда пёстро одетые, они как бы всем своим видом показывали — они расслабляются. Но несмотря на это у каждого на поясе или на бедре обнаружились ножны или кобура под оружие. И засунуть туда можно было не только пистолет. Прикинув размеры, я даже почувствовал себя не слишком уверенно и поправил висящий на ремне обрез.

— Не смотри на них так, это клановые защитники Несокрушимого в прошлом сезоне или двух. У них сейчас отпуск, на половину цикла, если деньги раньше не закончатся. Заслужили, — заметив мой взгляд, отметил Данила. — Наши парни так же гулять будут, кто выживет. Ну и мы с ними.

— Ясно, — кивнул я, отметив про себя странность. — Уж слишком вы легко относитесь к Бедствию. Некоторые будут до последнего отдыхать?

— Есть и те, кто вечно на передовой. Не самое приятное зрелище, но они без этого жить не могут. Таких мало, но будем надеяться, они откликнутся на наш зов. По-хорошему, мы должны сами защищать передовой капонир, но после предательства свиней… уроды, не захотели с нами торговаться и подворье делить. Посчитали, что проще будет убить и отдать всё своим детям да бабам.

— Зато теперь они до последнего удержат стены Несокрушимого, — заметил один из идущих рядом рыцарей.

— Это верно, — усмехнулся Данила. — У них как раз много ферм в районе этого сезона. Придётся им держать оборону до последнего, иначе всех их свиноматок вырежут, вместе с выводками. Расплодились, как свиньи…

Вмешиваться в гневную речь парня я не стал, тем более что он имел на неё полное право. У него вчера дядю с братом убили. Да и в целом настроения в роду Борзых понятны. Теперь становилось очевидно, что после предательства и появления свидетелей, Секачовы пытались нас спровоцировать, выставив агрессором. Если бы мы разогнали толпу силовыми методами, да ещё и убили кого-нибудь по дороге, наше слово на совете стоило бы совсем немного. Вот только запись с дрона всё им поломала.

— Ну вот мы и пришли, — сказал Данила, когда мы остановились возле высокого двенадцатиэтажного здания бывшего торгового центра. Перестраивали его многократно, об этом говорило всё — от разного цвета стен, до оставшихся местами украшений. — Идём.

— Да ты нервничаешь, — заметил я. — Чем закупаться-то собрался?

— Не чем, а кем! — подмигнув мне ответил Данила.

— Добрый день, ваши сиятельства! — взглянув на эмблему на жилетке парня, сказала ожидавшая за стойкой в холле девушка, и ослепительно улыбнулась. — Добро пожаловать в дом найма. Кого желаете? Мальчиков, девочек?

— Артиллеристов, двадцать человек. Расчёты орудий — десять полных, — начал перечислять Данила, и пальцы девушки забегали по механической пишущей машинке, — снайперов, два взвода, и роту рядовых.

— Боюсь за два дня до прорыва набрать такое количество авантюристов, тем более в передовой капонир, не выйдет. Да и чем расплачиваться будете? Всё золото уйдёт на отражение первой же атаки, — нисколько не смутившись, проговорила девушка.

— Расплачиваемся не золотыми патронами, а местами во дворе, — веско сказал Данила, но девушку это не особенно впечатлило. — Готовы платить двойные места.

— На двойные пойдут разве что рядовые, — покачала головой девушка.