Леха открыл глаза.

Баиньки… Есть дела и поважнее.

– Я сделаю крюк к Олд Волту, там…

– Сюда, я сказал! Никаких крюков! Я уже глаза смозолил об эту карту, пока тебя тут прикрываю! Так что никаких приключений. Прямо сюда дуй.

– А теплой кровью ты меня поить будешь? – уточнил Леха.

– А, ч‑черт! Ну да, тебе же, кровопийце, еще и жрать надо… Хотя вроде рано тебе еще? Или нет… А‑а‑а! – душераздирающе зевнул он. – Потерпеть не может…

Леха терпеливо молчал. Давай, болтун. Выговаривайся поскорее.

– Ладно! – соизволил дать разрешение сатир. – Беги куда хочешь. Только учти: если что, выпутываться будешь сам. Каперов сейчас в игре нет, и вызывать их будет некому. Я спать ложусь. Целый день на форуме мудохался, голова уже трещит, ничего не соображаю… Все, сладких снов!

И с тихим щелчком сатир пропал из головы.

Солнце утонуло в океане песка, сверху выступили звезды.

Дюны накатывались спереди, поднимали, опускали… Как волны.

А если на той дуге тоже нет схрона?

Что, если сатир ошибся? И этого чертового схрона вообще нет в этой зоне?…

И что тогда? Каперы неплохие ребята, но сидеть в игре целыми сутками и защищать бычка из одной голой симпатии едва ли будут. До гонки еще потерпят, а потом все. Нет схрона – нет и зашиты. И тогда вся эта свора охотников…

Леха поежился.

Там ведь и объявление это чертово есть… А у немцев еще и личные счеты. И у тех наших, в голубоватом камуфляже. Варяги, так их Кэп называл…

Кстати, об охотниках. Сатир‑то уже спит и за картой не следит. И каперов‑то сейчас нет…

Леха остановился и щелкнул по браслету.

Вокруг чисто, ближайшие игроки в Олд Волте.

Там несколько десятков зеленых точек, но сюда никто не идет. Да даже если и шли бы… Мелкий городок, профессиональных игроков там почти не бывает. Некого там опасаться. Это им самим надо опасаться шляться по пустыне в одиночку…

Так, а вот и ближайшие профи, кажется. В центре пустыни, у нефтяной площадки.

На самой площадке полдесятка зеленых огоньков, но даже не обращать внимания.

А вот рядом с площадкой – три зеленых огонька. Близко друг к другу, и все вместе быстро двигаются в одном направлении. Какой‑то клан на джипе? С этими надо осторожно.

И двигаются в эту сторону, между прочим… Леха зябко поежился – воздух стал холоднее после заката, что ли? – и всмотрелся внимательнее.

Нет, не сюда. Пройдут недалеко, но идут не сюда. Нацелились в Олд Волт. Охранники с вышки? Везут бензин в городок? Или какой‑то клан едет по своим делам, и просто завернули к вышке заправиться, раз уж по дороге. Прямо у нефтяников бензин должен быть дешевле, чем в городе…

Ладно, не важно. Едут своей дорогой, и пусть едут. Лучше их не трогать. А то, не дай бог, все старания каперов и сатира прахом пойдут, а от охотников спасу не будет…

Карта погасла, и Леха побежал дальше.

Снова дюны, накатывающие как волны. Убаюкивающие, усыпляющие…

Только это усыпление тяжелое и мутное. Давящее. Потому что в нем постоянно плавает холодное опасение: что, если сатир ошибся, и схрона на том плато нет?

На первом же не было. А первое плато куда больше, чем та полоса. И шансов найти схрон там было куда больше…

Дюны накатывали одна за другой, заставляя подниматься и опускаться, снова и снова. И уже словно не ты ноги переставляешь, а они сами собой переставляются, тащат тебя куда‑то…

Впереди, черной полосой на усыпанном звездами небе, выступила скальная стена.

А чуть выше…

Леха дернул мордой, прогоняя дремоту.

Что‑то скользило по небу, какой‑то странный кусок тьмы, то закрывая, то открывая звезды… Лиска?

Сердце застучало быстрее.